В Нижнем Новгороде тех лет, такой «красной» – прифронтовой зоной являлась часть так называемого «Макарьевского» района. Во времена Империи близость Нижегородской (Макарьевской) ярмарки превратила этот район города в свой «придаток» – населённой по большей части тогдашней «лимитой»: сельчанами приехавшими в город на заработки и откровенными люмпенами. Отсюда банды хулиганов совершали набеги на Верхний и Нижний посады и район Базара.
По сведениям разведки – в районе, где избили Васю Пупкина и изнасиловали Глафиру – действовали-злодействовали две хулиганские группы. Одну из них возглавляли Григорий Михеев по кличке «Колчак», другую Иван Заравняев – откликающийся на прозвище «Большой». У каждой молодёжной группировки свои «ареолы» обитания – куда чужаку лучше не соваться, но «Рабочий клуб» одного из заводов – это как бы их нейтральная территория. Задираются меж собой из-за «прекрасного пола», конечно и, часто бывают «рыцарские поединки» – за углом и один на один…
Как без этого?!
Но приходят сюда без «железяк»… Это в основном, чтоб не распугать «дам»: в клубе как обычно – «танцы, шманцы, зажиманцы».
Кроме того, здесь вовсю идёт своеобразная торговля: хулиганы сбывали или обменивались краденным, покупали курево, спиртное, кокаин…
– Подробностей и непосредственных виновников выяснить не удалось, – сказал Миша, – но это дело рук одной из этих шобл – других здесь просто не бывает. Я бы больше подумал на Колчака – за тем чаще водится такой грех.
После краткого пересказа моим разведчиком нескольких довольно жутких историй, моё мнение о неком «Колчаке» сложилось – как о каком-то сексуальном маньяке. К тому же – злоупотребляющим «коксом».
Проанализировав разведанные, я принял решение:
– Короче: мочим хулиганов в «Рабочем клубе» – мочим их всех подряд. После этого – мочих их где поймаем: в сортире каком поймаем – мочим и в сортире!
Ребяткам очень понравилось про «сортир» и то и, дело слышалось:
– В сортире их мочить будет!
Приехав с Ефимом Анисимовым и Кондратом Конофальским в понедельник в Нижний Новгород и, тут же в Губком РСКМ – «брать быка за рога»:
– Что за дела тут у вас в городе творятся, товарищи? Почему на улице можно избить комсомольца, силой увести у него девушку – изнасиловать её толпой и, не понести за это никакого наказания?
В ответ – ни «бе», ни «ме», ни «кукареку».
– Чем занимается сознательная молодёжь – кроме как собраниями, митингами, да субботниками в пользу детских домов? Вы увлеклись пустопорожней говорильней, товарищи! А меж тем знаете, сколько детей сиротят каждый год хулиганы?
«Наезд» на комсомольскую номенклатуру продолжается:
– Наши отцы не боялись на царскую каторгу и на виселицу идти, а мы с вами выходит – боимся навести порядок в собственном городе?! Да, грош нам цена!
«Наезд» становится всё плотнее и плотнее:
– Окопались здесь, да? Пригрелись! Вас то не бьют по голове кастетами и не тащут ваших девок в кусты… Вам похуй, да?!
Переходим на идеологию:
– Комсомол – это боевой отряд Коммунистической партии, а не пассивные гомо… Хм, гкхм… А не попутчики да статисты – равнодушными глазами смотрящие на то, что творится вокруг!
Наконец, члены Волисполкома «скисли» и морально готовы – чтоб об них ноги вытирали. Однако, в политической борьбе «лежащих» принято добивать:
– А за каким чёртом, извиняюсь, мы вам членские взносы платим? Чтоб вы сопли зелёные, здесь перед нами жевали?!