— Так зачем же вы, большевики — промышленность четыре года портили и пролетариат размывали?
Затем, его освистали — не дав сказать ни слова…
Да! В стране полный идеологический раздрай и, ситуация — когда «верхи не могут, а низы на всё положили».
Разруха — прежде всего в голове…
Чтоб больше не возвращаться к этой теме.
Позже, я ещё несколько раз побывал на Сормовском заводе и всё-таки познакомился с некоторыми инженерами и мастерами — занимающихся конструированием первого советского танка и незаметно провёл небольшое «частное» расследование.
Тут в чём фишка?
Рисунок 25. Мастера и инженеры завода «Красное Сормово» у танка «Борец За Свободу Тов Ленин». Крайний слева — комиссар «Центроброни» И. Гаугель, 1920 г…
Работы по копированию танка «Рено FT-17» проводила смешанная группа лучших специалистов, как с самого Сормовского завода — так и Ижорского (броня) и московского автомобильного «АМО» (двигатель) заводов. Были привлечены даже два инженера-француза — сочувствующих коммунистическому движению.
Лучшие на то время специалисты Советской России — об чём разговор? Нефедов, Крымов, Салтанов, Московкин, Спиридонов… От «АМО» — инженер Калинин и ещё четыре человека, от Ижорского завода «группа брони» под руководством технолога Артемьева.
Однако, хрен бы что у них получилось, если бы наблюдение за постройкой танков не осуществлял представитель «Центроброни» — комиссар Гаугель Иван Христианович!
При всякой «нештатной» ситуации или какой-то проблеме, он просто объявлял виновника саботажником, сажал в кутузку и держат там — пока тот не находил нужное решение. Кроме того, Гаугель «пробил» в «Центроброне» распоряжение о премировании отличившихся инженерно-технических работников повышенным денежным содержанием и дополнительными пайками.
Конечно у большинства опрошенных, мнение об этом комиссаре — с его «несуразной фигурой в кожаной куртке с неизменным маузером на боку», было исключительно отрицательным… Лишь один инженер Нефедов — разработавший общую технологию изготовления танка, прямо сказал:
— Конечно, он зачастую мешал — всюду вмешиваясь со своими завиральными идеями, а его «технические решения» — были просто умозрительно смешны. Но надо отдать должное: без Ивана Христиановича, ничего бы не получилось — мы бы погрязли в склоках со смежниками и друг с другом!
Понятно… Каждый из немногочисленных инженеров, доставшихся Советам от царского режима, мнит себя гением и на совместный труд с другими «гениями» малоспособен.
Самого комиссара я уже не застал — он куда-то уехал, а по другим сведениям — заболел.
Вот и ответ на вопрос: почему завод «Красное Сормово» не стал флагманом советского танкостроения — не появился там свой «генеральный конструктор». Который способен сплотить коллектив, воодушевить его, поставить перед ним задачу и строго требовать её выполнения. А главное: «сожрать» конкурентов, убедить «верхи» в перспективности именно своей идеи и наконец — «протолкнуть» изделие в серию.
Все без исключения дореволюционные интеллектуалы-инженеры-индивидуалы — с коими мне довелось встретиться, познакомиться и побеседовать — на эту роль не годились.
Ну, что ж…
Будем искать!
Кроме предприятий, я стал частым посетителем архивов Волжского пароходства, Московско-казанской железной дороги и её веток… Ничего сложного — пускали в них только в путь, от вида одной лишь кожаной куртки! Впрочем, «объекты» не Бог весть какие секретные — кому интересны «дела давно минувших дней» на транспорте⁈
Сперва рылся в архивной «пыли» сам. Однако, не преуспев особенно (каждое дело своих — особенных навыков требует!), я нанял за вознаграждение в размере трёхмесячного жалования двух тамошних совработников, из «бывших» архивариусов:
— Меня интересует всё о эвакуации петроградских заводов 1918 года. ВСЁ(!!!) — вплоть до маршрута движения и самое главное — о нынешнем местонахождения каждого вагона и каждой баржи с заводским оборудованием. Срок — три месяца: если сведения будут исчерпывающим и для меня полезными — можете рассчитывать на дополнительный бонус.
— Извините… — подслеповато щурятся, — на что может рассчитывать?
— На материальное вознаграждение, хотел сказать.
Одновременно, проверял сведения полученные от Барона. Это занимало достаточно немного времени — когда и как каждый из «Бразье» выезжает утром и, когда и как возвращается обратно на стоянку в гараж. Сведения оказались достоверными, но к сожалению — совершенно бесполезными…