Глава 14
Пятилетний план индустриализации в отдельно взятой волости, в эпоху НЭПа
Наступило первое сентября и мои ребятишки-комсомольцы пошли в школу… Интересовался, знаете ли, как обстоят дела с образованием — поэтому буквально в двух словах расскажу свои впечатления.
Впечатления, конечно — двойственные!
Кампания по борьбе с неграмотностью, которую вели большевики (молодцы!) с первого же дня своего прихода к власти — велась неразрывно с непрекращающейся идеологической (полдецы!). Школьные учебники были переполнены заклинаниями типа «мы не рабы, рабы — не мы», «союз рабочих и крестьян непобедим», «коммунизм — наш факел победный» и обязательно заканчивались текстом «Интернационала» для заучивания.
НЭП внёс свои жёсткие коррективы в кампанию по борьбе с неграмотностью.
Общая острая нехватка финансовых средств и режим экономии, заставили в начале 1920-х годов урезать бюджетные ассигнования школам, перевести их на финансирование из местных, небогатых источников. В 1921 году в качестве временной меры, ввели плату за обучение и, опять же — не каждое дитё пресловутой «кухарки», могло получить образование. Однако, большевики, надо отдать им должное, энергично искали любую возможность: для поддержки системы народного образования — один за другим проводились субботники и «недели помощи» школе, среди населения собирались добровольные пожертвования на нужды просвещения.
Количество учителей уменьшалось, школы закрывались, но во всё большем числе появлялись избы-читальни — где кроме всего прочего, шла идеологическая обработка неграмотного населения — методом читки центральных газет с комментариями идеологических работников.
Эпоха НЭПа, не по-детски поражает размахом экспериментаторства буквально во всех областях жизни общества и, педагогика здесь не является исключением — учителя-новаторы искренне хотели воспитать «нового» человека. К примеру, в чью-то «светлую» голову пришла идея о полного отрыва детей от семьи и определения их для воспитания в детские дома — хотя таковых остро не хватало для бесчисленных беспризорников и сирот.
В целом же, в советском обществе чувствовалось пренебрежительное отношение к самому многочисленному слою интеллигенции — школьным учителям, которое передавалось и детям. Усилиями комбюрократов они превратились в «шкрабов» (школьных работников) и «уков» (учительские кадры).
Слава Богу, нашего захолустья эти новые «веяния» не коснулись: старые провинциальные педагоги — продолжали сеять «разумное, доброе, вечное» среди ульяновских ребятишек, за нищенскую зарплату.
По мере своих способностей и возможностей конечно…
Новых школьных учебников не хватало, до нас они бывало вообще не доходили и, в ульяновской школе продолжали обучать по старым — ещё времён Империи.
Господь сподобил — миновала Ульяновку в целом и, её иерея Отца Фёдора — в частности, такая беда как «обновленчество» — церковный раскол, поддерживаемый большевиками и ГПУ.
По доходившим слухам, в стране развернулся было настоящий террор: не желающих присоединяться к «обновленцам» священников и особо активных прихожан — арестовывали, ссылали и даже иногда расстреливали. Однако, хотя раскольники сумели подчинить себе почти половину всех православных архиереев — движение в целом потерпело крах и, к осени сдулось как мячик…