Ксавер встал и не торопясь походил вокруг стола, размышляя вслух.
— Как обманчиво бывает первое впечатление о человеке… Нет, это не «мусор»! — усевшись на место объявил он шнырям, — тот бы горы золотые посулил — чтоб отсюда живым уйти… А этот — просто идиот.
— БУГАГАГА!!!
Я тоже не удержался, признаюсь:
— Хахаха!
Затем, когда веселье немного стихло:
— В год, на ремонт городских домов в России расходуется свыше 130 миллионов рублей и, не менее 400 миллионов на строительство новых…
Те, чуть не хором:
— СКОЛЬКО⁈
«Магия» больших чисел — неотразимый психологический приём! Начинаю общаться с ними жёстко, уверено:
— Сколько слышали. Половина этой суммы, если не больше — приходится на частный или кооперативный капитал.
Ксавер в этот момент хотел что-то сказать… После моих слов поперхнулся, привстал и, перегнувшись через стол приблизил своё лицо с налитыми кровью глазами к моему, заглядывая в самую душу:
— Так ты хочешь сказать…
Здесь, главное — не забздеть!
Несколько бесцеремонно перебиваю его:
— Что я хотел сказать — Вы уже слышали. Теперь, я хочу предложить захватить часть этого рынка. Но вижу — не к тому пришёл: Вы предпочитаете мелочь по карманам тырить.
Ксавер, стал напоминать рака в кипящем ведре:
— Вот, значит как… А, что ты такой дерзкий, фраерок? Стоит за тобой кто-то, что ли? Скажи кто, я возможно подумаю…
Все трое, снова переглянулись.
— «Подумаете»⁈ Как говорят умные люди «время — деньги»… Интересно, сколько Вы уже бабла потеряли и ещё потеряете, уважаемый Ксавер, пока наконец начнёте думать и действовать конструктивно?
Садится обратно и хлопает ладонью об стол:
— «Серафим», говоришь?!. Хорошо! Я согласен на твои условия, Серафим… «Инвистиций» не дождёшься, но если что стоящее скажешь — насчёт доли не обману… НУ⁈
Опасливо кошусь на обоих навостривших уши шнырей:
— Этим двоим можно доверять?
Теряет терпение:
— Можно… ГОВОРИ!!!
Собираюсь с духом и выпаливаю:
— 27 ноября 1922 года начнётся поступление в обращение банкнот номиналом в 1, 3, 5, 10 и 25 червонцев, обеспеченных золотом.
Эффект разорвавшейся бомбы:
— «ЗОЛОТОМ»⁈
— Да, золотом! Червонец ассигнацией будет приравнен к 10-рублёвой золотой монете царской чеканки и обеспечен на 25 % своей стоимости золотом, другими драгоценными металлами и иностранной валютой и на 75 % — легко реализуемыми товарами и краткосрочными обязательствами…
Все трое слушают, аж раскрыв рты!
— … Будет отмена обязательной сдачи государству золота в изделиях, слитках и монетах. Будет разрешена свободное обращение золота в изделиях и слитках, а также купля и продажа золотых царских монет и иностранной валюты за совзнаки. Однако, продолжится запрет использования валютных ценностей в качестве средства платежа.
Своего золотого «сеятеля», большевики будут чеканить в следующем году — эту информацию я пока утаил.
— От кого узнал? — был первый вопрос.
— От знакомой сороки — которая «на хвосте принесла».
По ходу, «сорока» им показалась вполне достоверным источником информации и разговор сразу перешёл в деловое русло:
— Котировка?
— Госбанк, руководствуясь конъюнктурой, оценит один червонец в 11 400 рублей совзнаками образца 1922 года… Естественно, рыночная цена будет выше.
Как хорошо, что перед «попадосом» как раз по НЭПу тупил! Кое-какие даты и цифры, прямо воочию — как на экране монитора вижу. А когда удастся оживить комп…
Тот замер, что-то прикидывая в уме:
— Неделя осталась… А ты не врёшь?
Впрочем, это он уже по привычке…
— А мне это зачем? — с недоумением вопрошаю, — с жизнью можно счёты свести и менее экзотическим способом… Бросившись под паровоз, например или проглотив полпуда мышьяку.
Ксавер хохотнул:
— Хахаха! Вот в этом ты прав!
Он быстро засобирался, куда-то сбегал с моими вещами и вернулся с большим кожаным портфелем. Буквально «на скаку», спросил несколько досадливо:
— Что раньше не пришёл?
— Пока Вас искал по объявлениям в газетах…
— Ну ты, шибко то, здесь не умничай!
Выгребая какие-то вещи из ящика стола в портфель и рассовывая что-то по карманам, обратился к своим:
— Упырь, Саул! Серафим пока поживёт с нами…
Конечно, моего согласия он не спросил. Те, вопрошающе на него смотрят — требуя уточнения.
— Обращаться вежливо, как с самым дорогим гостем… Но и баловать не дозволять!
— Поняли, Ксавер, — несколько разочаровано.