Конечно, сперва был нешуточный скандал по поводу системы распределения «прибавочной стоимости» — дохода, то бишь… Как говорится: «у каждого своё понятие о справедливости».
Но, это было ожидаемое мной явление!
— «От каждого по способности — каждому по трудам его».
Я разработал довольно простую, «прозрачную» и наглядную — но в то же время достаточно эффективную систему вознаграждения в зависимости от трудового участия каждого. Не все были с ней согласны, но за неимением чего-либо лучшего приняли её за основу — а там к лету, обтесалось-пообвыклось.
Кооператив «Красный рассвет», всё набирал и набирал обороты.
Сей почин, почти тут же имел продолжение. Местные кустари — изготовители краски, присмотревшись и приглядевшись, проконсультировавшись со мной и Климом и, получив «добро» от волостных властей, скооператились в артель «Красный сурик»…
Хахаха — «масло масленое»!
С самостоятельным «плаванием» у них что-то не заладилось и, тогда они обратились ко мне: «Приходи и правь нами!». Ну, что ж… В принципе краска очень нужна — каждое наше изделие должно иметь товарный вид, а свой железный сурик, охра или умбра — наименее затратный путь к этому. Так что, ещё одной артелью в «Красном рассвете» стало больше.
Позже, подойдя к вопросу добычи местного сырья и производству из него краски с прогрессорской точки зрения — я смог обе технологии усовершенствовать до такой степени, что уже этой осенью наша краска стала на порядок дешевле привозной «заводской». Правда, по скудности сырьевой базы изготовлялась она, токмо лишь для сугубо внутреннего потребления.
Но, это я уже очень далеко забежал вперёд!
Своего сырья в виде навезённого со всей губернии металлолома на первое время хватало, сбыт готовых изделий — тоже в самом начале шёл через своих… Например весной-летом 1923 года, я самолично сбывал фурнитуру через губернское НКВД и губком РКСМ.
Однако, ещё изначально по плану «первой пятилетки» было запланировано создание внутри кооператива соответствующих структур и превращение его из просто производственного кооператива в производственно-торговый. Естественно к таким важным вещам, возможно даже более важным, чем само производство — случайных людей «с улицы» подпускать нельзя и я планировал привлечь наших местных нэпманов. Фрол Изотопович ещё по осени — как узнал, бурчал недовольно:
— Опять ты буржуев на наши шеи усадить норовишь, товарищ Свешников!
— А, кого ещё — твоего Федьку, что ль⁈ Он нам с тобой такого наторгует — всей партячейкой поедем на Северный полюс, белых медведей да пингвинов марксизму учить. Как говорил САМ(!!!) товарищ Ленин: «Готовых коммунистических людей у нас нет! Мы вынуждены строить новое общество с теми кадрами, что имеются». Имеете что-то возразить против Вождя мирового пролетариата, товарищ Анисимов?
И с хитрым ленинским прищуром смотрю на него, как бы спрашивая: «А не оппортунист или Вы часом, батенька⁈»
«Товарищ Анисимов», в данный момент вертелся як аспид на вилах… Ибо, уже и до волостного уровня добралась всевидящая сталинская рука и, легонечко взяв за кадык — поворачивала его и со всех сторон пристально рассматривала: «А наш ли это кадр? Или, положим — товарища Троцкого?».
Частенько бывая в гостях у Бориса Александровича Конофальского и беседуя с тем на разнообразные — чаще всего не имеющие к политике никакого отношения темы, я тем не менее сумел внушить ему кой-какие правильные мысли — которые он в свою очередь, сумел внушить главе местного исполкома РКП(б).
Наши с товарищем Конофальским усилия не пропали даром: товарища Анисимова несколько раз вызывали в уездный Ардатов и один раз в Нижний Новгород (наши «командировки» с ним в тот раз совпали), но на своём месте «порекомендовали» оставить.
Против слов сказанных Вождём мирового пролетариата, Фрол Изотович ничего не имел:
— Ну, раз САМ(!!!) товарищ Ленин! Лишь бы они сами, эти нэпманы, согласились… Паскуды, ё…!
И, мать-перемать! Что-что, а ругаться наш Председатель исполкома умел и любил.
Таким образом, «таможня дала „добро“», но по интонации я понял — в саму затею он верит с трудом. Ладно, тогда в очередной раз удивим:
— Не дрейфь, Изотопыч! Этот головняк я беру на себя.
Пришло время мириться с Софьей Николаевной. Тем более — весна, гормоны так и бурлят в крови и требуют срочно с кем-нибудь совокупиться для продолжения рода. Ну… Или, просто — для обоюдного удовольствия. Елизавета, как будто это чувствует и так «трётся» об меня во время наших танцев и, так жарко-возбуждающе целуется при расставаниях…