Протягиваю пробы «чёрного» песка со дна Лавреневского карьера:
— Чтоб скучно до той поры не было, вот вам «исходное сырьё» — покопайтесь, да «разберите» его на элементы, профессор.
— Это тот самый «флюс»? — вопрошает цепляя на нос пенсне, — интересно, интересно…
Естественно, Дмитрий Павлович мне разработал всего лишь сам технологический процесс. А разработку и производство установки по первичной переработке ульяновского шлака, надо было заказать специалистам на промышленных предприятиях — средь которых я выбрал уже знакомое мне «Красное Сормово»: сумели сделать первый советский танк — сумеют сделать и это.
Конечно же, просто так и запросто так и, прыщ не вскочит!
Особенно при НЭПе…
Как я уже говорил, кое-какие моменты я по моему «послезнанию» уже знал, а конкретную наводку на «нужного» человека — мне дал Ксавер:
— Скажешь что от меня и обслужат по первому разряду: как до революции — Великого князя Александра Михайловича в «Метрополе»!
Вопреки ожидаемому, «контрагент[1]» на заводе «Красное Сормово» оказался вполне приятным в общении, обходительным человеком средних лет. Пригласил его в самый престижный в нэпмановских кругах ресторан, посидели, пообщались… Я, на словах и на бумаге, изложил суть моих проблем. Правда, сперва он настойчиво предлагал мне провернуть различные «серые» схемы:
— Можно заранее договориться, что ваш заказ не будет выполнен в срок. В результате Вы получите от завода заранее обговорённую большую неустойку… Которой, естественно со мной поделитесь.
— Мне нужна не «неустойка» — пускай и большая, а оборудование!
Пожимает плечами:
— Ладно, хорошо… Я получу от Вас аванс из кредита «Промбанка» за заказ — но ничего делать не буду, а деньги мы разделим. Как Вам такое?
— Я по мелочи не тырю, уважаемый! Мне нужно оборудование.
Ожесточённо чешет голову:
— Хорошо! Ещё не произведённое оборудование продаём авансом «на сторону» и, затем Вы объявляете себя банкротом… Верное дело — если что, с Вас «взятки гладки»: товару нет и, не будет — а деньги ушли за долги бесповоротно и, в неизвестном направлении.
С любопытством, как на «экспонат» какой, на него посматриваю:
— И, вправду говорят: «один умник с ручкой — страшнее целой банды с автоматами…».
— Извините, что?
— МНЕ НУЖНО ОБОРУДОВАНИЕ!!!
Озирается испуганно:
— Что Вы так громко?
— Да, потому что Вы плохо слышите! Если не можете мне помочь — так и скажите… Тогда наш общий знакомый порекомендует мне другого человека.
— Так Вам и вправду нужно это оборудование?
Хлопаю ладонью об колено:
— Да, мать же вашу…
— Что ж Вы раньше не сказали⁈
— … !!!
Так что, не считая некоторого недопонимания в самом начале, мы — посидев вечерок в ресторане, обо всём хорошо договорились.
Теперь об оплате за заказ…
После перехода к Новой Экономической Политике, в стране началось восстановление банковской системы — до того полностью было ликвидированной, как пережиток капитализма. В октябре прошлого года был создан Государственный банк, который — открыв отделения в губерниях, начал проводить кредитные операции с организациями и населением.
После этого появился банк для кредитования промышленности — «Промбанк», банк для проведения электрификации — «Электробанк» и начались создаваться акционерные банки со смешанным государственно-частным капиталом.
Основную массу кредитных средств банки проводили через кооперацию. На уровне губернии создавались кооперативные союзы, в которые входили отдельные низовые кооперативы, объединявшие людей на местах. В конечном итоге кредитные средства в банках могли получать кооперативы и их союзы и, в меньших объемах — частные лица.
Ну и почему бы мне не воспользоваться предоставленной легально возможностью?
Однако, контрагент мне вполне доходчиво и чуть ли не на пальцах объяснил, что не всё так просто:
— Такой крупный кредит — да ещё и без залога, получить трудно…
В этом месте он мне подмигнул:
— … Но, можно.
Согласен, это не для покупки лошади или коровы к примеру!
Мелкие кредиты в это время раздавали без оглядки на платежеспособность, но к крупным заёмщикам присматривались. А что в то время представлял собой кооператив «Красный рассвет»? Да больше, чем просто — «ничего».
Ответно подмигнув, я пообещал:
— Думаю, договоримся!
Конечно, торговался «контрагент» рьяно и с нешуточным азартом — как за свои кровные, но я стоял как триста еврейцев на Голландских высотах и, тот как-то враз поскучнев — пошёл на значительные уступки.