Хорошо, попробую.
На входе — гигантская фигура сердитого рабочего с молотом, рядом — лоховато выглядящий бронзовый крестьянин, принесший ему тугие снопы пшеницы — видать «в дар»… Думаю, скульптор хотел вживую показать так называемую «смычку» между городом и деревней, про которую все кремлёвские «вожди» — уже сухие мозоли на языках себе натёрли, а электорату — на ушах.
Неподалёку от них, не менее гигантская фигура Ленина: Ильич смотрит прищурившись и, показалось — ехидно мне улыбается:
— «Что, потогмок? Просграл госудагство, что я вам осгтавил?».
Стало несколько неудобно и захотелось куда-нибудь спрятаться, но тут меня тормошат за оба рукава сразу:
— Смотри, Серафим, смотри! Какая красота…
Сразу обо всём забываю. Далее — невероятно сказочный, переливающийся всеми цветами радуги волшебный город — грандиозные здания, арки, мосты.
Почти что бежим к выставочным павильонам по асфальтовым дорожкам, вдоль которых на клумбах качаются тысячи цветных бутонов. Колышутся флаги, транспаранты, круги в небе нарезает цельнометаллический пассажирский «Юнкерс» — на который таращат глаза и раскрывают рот, задравшие головы в небеса крестьяне — бывало с бородами и в поскони. Их здесь очень много — не меньше, чем горожан — москвичей или таких как мы «экскурсантов» из провинциальных городков.
Слава Богу, хоть «лаптеносцев» я здесь не заметил. А так, на окраинах Москвы — вполне заурядное зрелище.
Стрелой взметнулся ввысь, как бы целясь в воздушного противника, павильон «Известия ЦИК СССР» — с чудесами графиков и диаграмм. Тема почти любая — лесная промышленность, мелиорация, сельское хозяйство, металлургия, текстильная промышленность и так далее и тому подобное…
Пропаганда — великая сила!
Вот сельскохозяйственный павильон — где особенно много посетителей «в поскони»: снопы злаков, кучи плодов, природные ископаемые, искусно сделанные поделки деревенских кустарей. Ряды коровников, свинарников, конюшен… Вижу, как один «пейзанин» в вышиванке, вышел из свинарника и в сердцах сплюнул — выругавшись на великодержавной мове с забавным малороским акцентом… Причины его недовольства я не понял: вроде свиньи — как свиньи, только очень крупные. Но у меня появилось стойкое ощущение, что здесь на Выставке столкнулись две культуры Руси — сельская и городская. И «нутро» крестьянское свербит в предчувствии больших перемен в своей участи…
Остановился как вкопанный — увидев кое-что до боли знакомое и, задрав голову пролаял:
— «Абырвалг»!
— Что, Вы сказали? — не понял москвич-сопровождающий.
— Это я прочитал наоборот название павильона «Главрыба».
Тот, недоумённо:
— Зачем?
— Да, так — чисто вспомнилось кое-что… Одна забавная история про собаку, умеющую читать вывески.
— Хм… Действительно, забавная история.
Интересно, в каком году Булгаков напишет «Собачье сердце»? Нет, не помню и, самого произведения — про талантливого интеллигента-приспособленца и его непутёвого приёмного сынка, у меня на компе нет…
Далее — «кусочки» многонациональной, многоликой и разноукладной страны…
Огромный павильон весь в зелени и блеклых рисунках, с надписью «Беларусь», другой весь в огромных ярких рушниках-полотенцах — «Украина».
Высятся белоснежными юртами «Кирреспублика» и «Туркестан» — восточная орнаментика, ковры, верблюды, узбеки, маралы…
Рисунок 84. Павильон сельскохозяйственного машиностроения.
Автономно-национальный образования Сибири и Дальнего Востока представлены ойратской юртой, остяцкой хижиной, енисейским шалашом, самоедским станом… В некоторых отделах, как в зоопарке, «дикие» народности представлены своей естественно-повседневной жизнью: сидят в своих жилищах — пьют, едят, что-то шьют из шкур… Рядом голопузая детвора играется с собаками.
Как в каменном веке побывал!
И вот, наконец, павильон сельскохозяйственных машин. Здесь, чего только не было — плуги, культиваторы, сеялки, жатки, веялки, молотилки… В том числе и несколько первых русских тракторов, порой — самых замысловатых конструкций.
«Гвоздь программы» без всякого сомнения, был трактор 'Запорожец — приковавший всеобщее внимание, а рядом с ним для сравнения — убогая крестьянская соха. Все без исключения восхищены и как дети радуются и, никого не смущает — что этот трактор на всю Россию один-единственный (ну, возможно — несколько сотен других отечественных конструкций и заграничных, доставшихся после царя-батюшки или после интервентов), а ещё пра-пра-прадедовских сох и несколько более продвинутых конных плугов — миллионы…