— Хихихи! Я не про то… У тебя была девушка? Ты её любил?
— Была… Любил…
— И, как…
— И «как женщину» тоже.
— Хихихи! Я не про «это»… Что с ней?
— Я её навсегда потерял.
Должно быть, это было сказано слишком трагическим тоном.
— Ой, — прикрыла она ладошкой рот в испуге, — извини…
— Это, вы с Надеждой Павловной меня извините, — склоняюсь в поясном поклоне, -если не оправдал каких ваших надежд.
Ещё раз попрощавшись, я вышел.
Какой час, интересно?
Матерюсь, вписавшись со всего маху в чей-то забор:
— … Твою мать! Долбанная околосельская местность — угораздило же сюда «попасть»…
Темень — хоть глаза выколи! Тем не менее, даже не вляпавшись впотьмах в чьё-нибудь свежее дерьмо — а всего лишь посуху пару раз растянувшись оземь, я почти на ощупь добрался до Трактира и постучался в дверь чёрного хода. После нескольких безуспешных попыток, нашарив на пыльной дороге с десяток мелких камешков, по одному стал бросать их в окно спальни Софьи Николаевны, пока те не кончились. Уже было собрался уходить крайне раздосадованным — как в комнате вспыхнул огонёк спички, затем загорелся свет керосинки. Наконец, окно открылось:
— Кому там по ночам не спится? Счас, из ружжа мужниного пальну!
— Это я — почтальон Свечкин, принёс журнал «Спид-инфо»… Примешь ли одинокого путника, хозяйка, иль мне пройти чуть дальше — к вашей «соседке», Дуньке Кулаковой?
— … Серафим, ты? Что-то случилось?
— Вскочилось, вскочилось!
— Беда, прям с тобой. Счас открою…
Запуская меня, Софья Николаевна полусонно пробурчала:
— Три часа ночи… Да когда уж, наконец — Графиня тебе даст? Совесть у этой дуры есть или нет⁈ ОГО-ГО!!! А, чё «он» у тебя такой твёрдый⁈
— Это Вы меня спросонья за кобуру с «наганом» лапаете, Софья Николаевна! А «ого-го» находится чуть правее…
— Хихихи! Ну ты чё, малахольненький — не здесь же…! А, впрочем… Ах… Ой… Ай… ОООО!!!
В то утро, я в первый раз опоздал на полустанок — на утренний развод караулов и, по-комсомольски честно — сам себе записал в личное дело первое предупреждение.
[1] Сергей Трофимов «Дальнобойщик».
[2]История этой особы мутна как воды Нила и даже настоящее имя её неизвестно. Несомненно одно — это была славянка: «Роксолана» это не имя — такое прозвище давали турки всем славянам, считая их потомками сарматов. В султанском гареме же, наложницу звали Хюррем Хасеки-султан. Чтоб выяснить национальность обратимся не в более поздние художествено-литературные источники и тем более — современые телесериалы, а к её современникам. Венецианский посол Бернардо Наваджеро называл Хюррем русской: «[donna]… di nazione russa». Другой венецианский посол — Джовани Баттиста Тревизано — называл её «султаншей из России»: «Sultana, ch’è di Russia». Венецианский военачальник Маркантонио Брагадино также называл Хюррем русской: «donna di nazion russa».
[3] Автор песни — поэтесса-эмигрантка Мария Вега (Мария Волынцева).
Глава 8
Командировка в Нижний
Было наметившееся из-за наплыва добровольных помощников ускорение ремонта — затянулось из-за того, что фактически пришлось проводить с ними занятия — как в автоклассе каком-нибудь, разве что без вождения. Из-за отсутствия в стране победившего пролетариата Правил дорожного движения, читал лекции по упрощённым советским. Даже, выпросил в школе на время летних каникул классную доску, повесил на стену и стал на ней мелом чертить — если что-то на словах объяснить не получается…
Однако, слава Богу — получилось «баш на баш»!
Практически, день в день — строго по составленному мной в самом начале и утверждённому товарищем Анисимовым графику, первый этап ремонта автомобиля «Бразье 30/60 CV» 1913-го года выпуска, был успешно завершён. Эта французская «лохматина» была разобрана на составляющие элементы, которые затем были очищены от грязи и ржавчины и, на два раза покрашенны практически дармовым железным суриком местного кустарного производства.
Салон автомобиля также восстановили как смогли. Кожаную обшивку сидений, заднего дивана и боковых панелей — сняли и отдали вычистить, и заштопать Анне Ивановне Паршиной — владелице частного местного швейного предприятия «Игла».
После мелкого ремонта всего — что было возможно без приобретения запчастей, кузов автомобиля снова собрали воедино. Осталось только покрасить его в «радикально чёрный цвет», восстановить движок и колёса — приобретя где-то недостающее и, водрузить всё это на место.