Рисунок 20. Городской продовольственный рынок эпохи раннего НЭПа.
Миновав этот «блошиный» рынок, истекая слюной прошёлся по продуктовым рядам: молочные продукты — снежно-белая сметана, янтарный сыр, масло неуловимых оттенков белизны и желтизны. Питанием, я далеко не избалован и кажется — яйца, собранные в таком большом количестве, издают какую то «какофонию»… А как описать словами только что зарезанную и ощипанную курицу⁈ Свежее парное мясо цвета рубина или граната, а жир его светится чистым жемчугом. Груды овощей — зелень сотен оттенков гармонично сочетается с пурпуром редиски… Какой гениальный художник, как нарочно — подбирал эти тона?
Далее, чуть не теряя сознание от спазмов в желудке, я попал в один переулок — где «серьёзные» нэпманы торговали-перепродавали поношенной одеждой и обувью. Походив, посмотрев и приценившись, я купил у одного пожилого армянина ещё довольно крепкие юфтевые сапоги, сильно ношенную кожаную куртку, такого же состояния офицерскую портупею и фуражку со следами кокарды. Денег хватило еле-еле, хорошо — заметив аккуратно заштопанную дырочку слева на груди куртки, я строго спросил — положив руку на кобуру и смотря в упор:
— С убитого комиссара сняли…? Или с чекиста…?
Карие армянские глазки, тут же испуганно «забегали»!
Перекупщик (или же — скупщик краденного) видимо решив — что следующими моими словами будет: «Пройдёмте, гражданин!» тут же скинул цену вполовину. Воспользовавшись произведённым впечатлением — купил почти новые калоши Отцу Фёдору: старые у него совсем износились — в каждой дыра с пятак.
Дальше, сложив обновку в вещевой мешок и держа его перед собой — чтоб не разрезали в толпе и не вытащили обновку, я произвёл «разведку боем» — посетив рынок, где торговали своими нехитрыми поделками кустари — съезжающиеся в Нижний Новгород со всей губернии… Ну, или же — барыги-перекупщики, каких как я понял было большинство.
Нашёл «отдел» — где реализовывали нуждающемуся населению самодельную краску — такую же, что я привёз. Разузнал здешние порядки, прикинул цены, посмотрел на рожи торговцев и отправился в обратный путь…
Назад шёл по тому же маршруту и ни о чём о таком особенном не думал, как вдруг будто запнулся возле одного «бывшего интеллигентного человека» на блошином рынке, остановившего меня словами:
— Молодой человек! Купите гримёрные принадлежности: уверяю Вас — не пожалеете.
Встал, гляжу на него: человек уже довольно пожилой, сильно нуждающийся — судя по одежде и источаемому запаху. Видно, дошёл до самого дна или находится где-то рядом и чуть выше.
— Хм… Очень интересно знать — почему я «не пожалею», купив у Вас гримёрные принадлежности?
Тот, пошире выпучив свои поблекшие от прожитых лет, очи:
— Вам, непременно надо идти в актёры — с такой внешностью, будете блистать на сцене! Поверьте, я в таких делах разбираюсь.
Внимательно рассматриваю лежащий на какой-то грязной холстине «товар»: раскладывающийся ящик — наподобие рыбацкого для зимней ловли, а в нём — большое зеркало, расчёски, щипчики, коробочки, тюбики, кисточки… Херня какая-то с флаконом — типа пульверизатора… Повеяло чем-то «походным»: всё аккуратно разложено по полочкам — буквально несколько минут, чтоб собраться и уйти. Делаю вывод: этот человек — скорее всего профессиональный гримёр из театра, часто находящегося на гастролях.
Достаю из его ящика приличных размеров настольное зеркало и, с недоумением в него пялюсь:
— И, что с моей внешностью, не так⁈
— Наоборот, с вашей внешностью — всё «так», молодой человек! Ваше лицо очень легко загримировать под кого угодно — под любого героя.
— Хм, гкхм… Вы так думаете?
— Я «так» уверен — я самого Михайловского гримировал, — с жаром убеждает, — и, даже что Вы бреете голову — очень хорошо! У меня как специально для такого случая с пяток мужских париков осталось…
Разворачивается и достаёт из какого-то баула что-то такое волосатое:
— Вот — примерьте!
Счас!
Осталось только гнид лобковых после какого-нибудь провинциального «героя-любовника» подцепить. Вежливо, отталкиваю его руку:
— Предпочитаю играть ревнивого Отелло, душить толстых Дездемон и быть при этом абсолютно лысым…
Внезапно, в голову приходит одна безумная идея — достаточная для того, чтоб стать из просто безумной — просто безумно гениальной: