– Не рассказывай об этом Дэйву, – с серьезным выражением лица сказал я. Это была моя фишка, из-за которой меня все боялись. Говорили, что у меня взгляд дьявола, но сам я этого не замечал. – Если ты ему расскажешь, Тайлер, я уволю тебя. И мне плевать, что ты служишь Дэйву. Я управляю здесь всем. Тобой тоже.
Я поручил это дело Тайлеру, потому что только он один из охранников видел мисс Тэйлис, кроме того, я ему доверял. Хороший человек. Умеет Дэйв выбирать себе людей.
– Конечно, сэр.
Тайлер вышел из кабинета с букетом цветов. Это вряд ли выглядело подозрительно для моих сотрудников, поскольку я часто отправлял цветы партнерам по праздникам. Тайлер не проболтается никому. Это я точно знал.
– Томиан! – В кабинет почти сразу зашла мама. Я встал, чтобы поздороваться с ней. – Почему о своей командировке я узнаю от Элис, а не от тебя?
Я решил отправить маму в Париж на совещание, чтобы она решила ряд проблем, связанных с сетью отелей во Франции. На самом деле лететь в Европу от моего имени – очень почетное задание, но моей маме оно совершенно не нравилось, и я знал это. Наверное, поэтому не сказал о командировке лично.
– Забегался сегодня. Ты ведь знаешь, какая у меня плохая память. Я бы мог забыть, как обычно, поэтому и попросил Элис.
Хотя я относился к матери получше, чем к отцу, и мы с ней много общались, все равно я был не сильно привязан к ней. Она казалась мне такой же акулой бизнеса, как и отец, ее интересовали только деньги.
Отец всегда был очень несдержанным и жестоким человеком. Он совершенно не умел слушать других, считая, что его мнение – единственное правильное. Он всегда должен был быть прав. Абсолютно всегда. Если что-то шло не по его плану, он начинал срываться на окружающих.
Мама знала о многочисленных изменах отца, но никогда не шла против него. Проблемы с агрессией были только у него. У нас с мамой были спокойные характеры. Он часто поднимал руку на нас, но тем не менее она любила и уважала отца. Может, его. А может, его деньги.
Я знал, почему у нас с ней в последнее время подпортились отношения. Потому что я назначил заместителем директора компании Дэйва Тэйлиса. Моя дорогая матушка всегда недолюбливала Дэйва, но и я, и отец считали его самым лучшим работником в «Форд Эмпайр». Была бы такая необходимость, я бы доверил ему свою жизнь.
– Я видела цветы, которые выносил Тайлер. – При этих словах я занервничал, но не подал виду. Мать не могла знать, кому именно я отправил цветы. – Не думай, что ты всегда на шаг впереди меня, Томиан. Проработав в этой компании полжизни, я в курсе всего. Твой лучший друг вряд ли обрадуется, когда узнает, что у тебя роман с его сестренкой.
Меня словно вынесло в другое измерение. Стало тяжело дышать. Возможно, внешне я выглядел спокойным, но в голове царил сумбур. Я знал, что моя мама – хитрая женщина, но даже не догадывался, что она настолько в курсе всех моих действий. Самое ужасное, когда о твоем секрете узнают те, кого ты в этот секрет не посвятил бы ни за что на свете.
– Давай заключим сделку, Том. Ты перестанешь отсылать меня в разные уголки планеты и дашь мне кабинет на тридцать девятом этаже. – Как же я ненавидел шантаж! – За это я буду молчать.
Тридцать девятый этаж неформально называют этажом любимчиков. Там работают лучшие из лучших, в том числе и Дэйв. Чтобы получить отдельный кабинет на этом этаже, нужно особо отличиться в глазах руководителя. И самую высокую заработную плату получают именно люди с тридцать девятого этажа. Эту иерархию придумал еще мой дедушка, чтобы мотивировать сотрудников.
– У тебя нет никаких доказательств.
Мать без слов вытащила из своей сумки фотографии, где мы с Флианой целуемся на катере. Значит, она еще не знала о том, что я встречался с девушкой у нее дома. Хоть что-то радовало.
– Мне все равно, с кем ты балуешься, Том, но, сам понимаешь, бизнес – это бизнес. Когда дело касается компании, я не могу поступить иначе.
Нажимая кнопку вызова секретарши, я впервые почувствовал себя в безвыходном положении.
– Да, мистер Форд. – В кабинет вошла стройная блондинка, которая постоянно улыбалась. Наверное, она думала, что мне нравится, когда работники улыбаются. Не совсем… Это выглядело иногда страшновато.
– Диана, подготовьте кабинет на тридцать девятом этаже для миссис Оллфорд и вместо нее отправьте в Париж мистера Баттера.
Блондинка недоверчиво посмотрела на меня:
– Как скажете, мистер Форд.
Девушка вышла.
– Форд? – переспросила мама, нахмурив брови. – Почему не Оллфорд?!
– Я стыжусь своей фамилии, – ответил я честно. Я вообще стараюсь не врать, хотя многие принимают мою честность за беспардонность и бесцеремонность. – В паспорте я записан как Томиан Форд. Почему же не обязать сотрудников называть меня настоящей фамилией?