Вдруг в помещении началось движение. Все, включая посетителей и официантов, кинулись на улицу. Мы вышли за всеми. Папарацци подбежали к черному БМВ, который остановился прямо перед входом в ресторан.
Просочившись вперед, мы с Крис и Питером не поверили своим глазам. За рулем машины сидел Томиан, ехидно улыбаясь. Любил он привлекать внимание. Выйдя из машины, Оллфорд помахал рукой журналистам, которые уже сделали несколько удачных кадров. Увидев меня, Томиан достал из багажника сто одну розу и пакетик от «Пандоры».
«ОСТАНОВИСЬ! ОСТАНОВИСЬ! ЗДЕСЬ ДЭЙВ! КАРАУЛ!»
Вручив мне подарок, он затем протянул мне ключи от машины. Я стояла как вкопанная, испуганно глядя на него.
– Она твоя.
Я слышала бешеный стук своего сердца. Мне казалось, что все это сон. Камеры слепили меня вспышками. Но в доли секунды, когда наши с Томианом взгляды пересеклись, я почувствовала себя не просто живой, а окрыленной. Мои легкие наполнились эликсиром жизни. В этом мире не было никого, кроме меня и Томиана, который влюбленно смотрел на меня, ожидая, что я хоть что-нибудь скажу.
Мне хотелось увидеть выражение лица Дэйва, но стало страшно оборачиваться. Скорее всего, зрелище было не из приятных.
– Мир кажется намного лучше, когда я вспоминаю, что в нем есть ты. – Томиан взял меня за руку, и вспышки засверкали, как бешеные. – Наверное, нужно нам до конца обрадовать публику. – Томиан притянул меня к себе и поцеловал.
Глава 14
Неожиданный приход Томиана поразил всех. Дэйв не разговаривал со мной со вчерашнего вечера. Он нервно переключал телевизионные каналы, и везде были новости о нас с Томианом.
Самый молодой миллиардер штата Томиан Оллфорд, владелец авиакомпании «Оллфордин–97», сети крупных ресторанов и отелей в США, Европе и Восточной Азии, а также главный директор «Форд Эмпайр», сын Стефана и внук Теодора Оллфордов, вчера публично признался, что состоит в романтических отношениях с родной сестрой Дэйва Тэйлиса, Флианой Тэйлис. Мужчина подарил девушке весьма дорогие подарки. Упоминается, что Флиане только вчера исполнилось восемнадцать лет.
– Я знаю, что ты стоишь сзади, Флиана, – сказал брат, не поворачивая голову в мою сторону.
Сев рядом с ним на диван, я была готова услышать те же поучительные слова, которые он мне говорил в первый раз. Я знала, что Сан-Диего мне больше не грозит, потому что было поздно что-то предпринимать после того, как вся Америка узнала о наших отношениях с Томианом, но на душе все равно было паршиво. Я разочаровала человека, который всю жизнь заботился обо мне.
Извиняться или оправдываться было бессмысленно, ведь я знала, что рано или поздно это произойдет. Я совершенно не была готова к такому повороту событий, но что случилось, то случилось.
Дэйв и Лиана покинули ресторан после приезда Томиана до того, как их заметила пресса. Брат решил не комментировать происходящее, да ему и нечего было сказать.
Мы с Томианом тоже вскоре уехали и даже поругались по дороге.
– ТЫ ЧТО НАДЕЛАЛ?! – Я не могла поверить в то, что произошло. Мне хотелось провалиться сквозь землю, когда я осознала все.
Новая машина, за рулем которой сидел Форд, имела шикарный салон. Кроссовер вызывал у меня двоякие ощущения. Наверное, если бы я получила его при других обстоятельствах, то была бы счастлива. Но сейчас я надеялась, что все это мне снится.
– Дэйв все равно узнал бы о нас. Мне захотелось, чтобы это было эффектно.
Он всегда поступал только так, как хотел сам, не думая ни о ком. Я была безумно счастлива, что Томиан приехал, но он не мог вечно так безрассудно поступать. Есть же границы дозволенного.
– Ты мог посоветоваться со мной, Томиан! Отношения – это когда люди вместе. Понимаешь? Они принимают решения вдвоем и всегда советуются друг с другом!
Форд резко остановил машину у бордюра, посмотрев на меня как-то… не по-родному. В его взгляде сквозило раздражение.
– Ты хотела вечность прятаться от него, Фли? – Он впервые поднял на меня голос. – Принял я это решение один или с тобой, это уже ничего не изменит. Нам больше не надо ни от кого скрываться. Завтра об этом будет знать вся Америка. Разве не этого мы хотели? Видеться, не боясь, что кто-то что-то заподозрит.
– Ты мог просто мне сказать! Кому нужна была эта шумиха? Ты не подумал обо мне. Ты никогда не думал обо мне!
– Никогда не думал о тебе? Что ты несешь?! Я только и делаю, что каждый день думаю о тебе.