Не желая больше ничего слушать, я вышла из машины и пошла прочь.
Когда я вчера увидела Томиана, мне захотелось бросить все и сбежать с ним далеко-далеко. Чтобы ни одна душа нас не нашла. Но он прекрасно знал, что для меня значит Дэйв, что мой самый большой страх – разочаровать его. Томиан знал, но проигнорировал это из-за собственных желаний. Мне нравилось, что Форд такой мужественный, уверенный, властный… Но как же я?
– Ты и вправду счастлива с ним, Флиана? – внезапно спросил брат.
Голос у него был очень усталый. Видимо, Дэйв не спал всю ночь.
– Да. – Несмотря на бесчисленные недостатки Томиана, я не могла сказать, что несчастна с ним. Только с ним мне было тепло. – Он…
– Что за вопросы, Дэйв? Моя девочка счастлива с ним. Ты видел, как этот миллиардер смотрел на Фли? А как она на него…
В квартиру ворвалась… мама? Было так странно видеть родную мать у себя в квартире, где она почти никогда не бывала.
Она поздравила меня и даже передала конверт с деньгами через Дэйва, хотя на праздник не пришла, потому что у них с Келвином были какие-то дела. Она всегда предпочитала его нам.
– Здравствуйте. – Навстречу маме выбежала Лиана, которая находилась в комнате Дэйва. Девушка все чаще и чаще оставалась у нас и, судя по всему, должна была скоро переехать совсем. – Вы прекрасно выглядите!
– Спасибо, милая. – Маме нравилась Лиана. Я пропустила момент их знакомства, но, наверное, в нем не было ничего необычного. – Фли счастлива так же, как и ты, Дэйв, – снова обратилась она к брату.
– Что ты здесь делаешь, мама? – встал с дивана Дэйв. – Я думал, что вы с Келвином в другом штате празднуете Рождество.
– Келвин в командировке. Я решила, что хочу побыть со своими детьми.
– Решила изобразить заботливую мать? – вырвалось у меня. Она никогда не отмечала с нами Рождество после смерти отца, никогда не приходила на мои дни рождения. – Что тебе нужно? Где ты раньше была?
– Девочка моя, я знаю, что ты обижена на меня, но, поверь, я по-настоящему рада за тебя. – Мама попыталась выдавить улыбку. – Я знаю, что не очень хорошая родительница, но сейчас мне стало легче после смерти вашего отца. Мне нужен был перерыв, чтобы собраться с силами.
– Перерыв от своих собственных детей? – Я повернулась и ушла в свою комнату.
Детская обида сидела у меня внутри и не уходила. Мама пришла к нам не потому, что соскучилась. Причина ее прихода была во вчерашней шумихе, о которой уже знали все. После смерти отца нам всем было тяжело, но следовало держаться вместе и поддерживать друг друга, как настоящая семья. Мне было пятнадцать, когда меня оставили и отец, и мать. Всего лишь пятнадцать. Со временем у каждого из нас жизнь стала налаживаться, но я никогда не смогу простить эту женщину.
– Ты силен, когда можешь простить человека, который обидел тебя. – Возле рабочего стола стоял Томиан и разглядывал подарки от друзей. – Прости ее. Взрослых не исправишь.
– Давно ты здесь?
Он задумался.
– Я застал твой не самый приятный разговор с мамой. – Форд подошел ко мне и крепко обнял. – Прости меня. Я привык своевольно поступать, но думал, что тебе это тоже нравится. Я ошибся.
Да, в Томиане меня привлекала его властность и уверенность, я считала эти качества изюминкой в его характере, но вчера был явно неподходящий момент для восхищения им. Прошлое не изменить, поэтому обижаться бесполезно. Нужно думать о будущем, через которое мы пойдем вместе, рука об руку.
– Дрофа читаешь? – Томиан кивнул на подарок Крис, затем взял сборник, рассматривая зеленую обложку. – Да он настоящий псих, столько стихов насочинять. – Томиан пролистал страницы. – Сколько их? Миллион?
– Говорят, что около трехсот, – пожала плечами я, так как не знала точный ответ. – Хороший поэт. Знаешь его?
– Его сборники стали бестселлерами в прошлом месяце. Только это и знаю.
– Талантливый человек. Почитай его как-нибудь на досуге, – улыбнулась я. Смотреть на Томиана было особым наслаждением. – Может, уедем отсюда?
Я вдруг загорелась желанием стать бунтаркой, которая неожиданно для всех сбежала на край света. Сгорел сарай, гори и хата.
– После вчерашней сцены мне кажется, что это уже не имеет никакого значения. – Он убрал мне прядь волос за ухо.
Затем открыл дверь и вышел в гостиную.
Твою мать, что он творит?!
Дэйв, Лиана и мама заметили Томиана сразу. Каждый смотрел на него по-своему. Мама – широко улыбаясь, Дэйв – сжав кулаки, а Лили вообще больше смотрела на Дэйва, пытаясь его успокоить, гладя по руке.
Почему жизнь решила, что я готова к такому испытанию?
– Меня зовут Томиан Оллфорд, – представился этот придурок моей маме, пожимая ей руку. – Я возлюбленный вашей дочери.