Мне хотелось, чтобы меня порезали на мелкие кусочки острым ножом. Страшно осознавать, что твоя судьба зависит от собственных кривых рук. Мы до последнего искали, но так и не нашли выхода из ситуации. Я посмотрел на Дэйва – у него темнели мешки под глазами. Он думал об этом не одну ночь.
Чертов отец… Почему он оставил компанию в таком плачевном состоянии? Я так хотел быть счастливым, но Бог даровал мне все, кроме счастья. Почему, находясь в клетке всю жизнь, я думал, что когда-нибудь стану свободным?
– И что ты намереваешься делать, уволившись?
– Буду работать на себя. Надеюсь, что стану вашим достойным конкурентом.
– Ты взлетел так высоко благодаря мне, Дэйв. А когда начались проблемы, ты решил оставить меня, чтобы начать собственное дело?! – Гнев ударил мне в голову до такой степени, что язык начал работать быстрее мозга. В эти моменты я сам себя боялся. – ДА КТО ТЫ ТАКОЙ?
Последние слова сказал не я, лучший друг Дэйва, который уважительно и лояльно относился к нему, а самый настоящий дьявол, который руководил огромной корпорацией. Я сам себя не слышал от злости, но Тэйлис, к сожалению, слышал.
– Мне жаль, что вы забыли, кто я. – Дэйв встал с кресла, снял бейджик с пиджака. – Когда примете то самое решение, не морочьте мою сестренку ложными надеждами. Пусть лучше ненавидит вас, чем надеется. Я не позволю, чтобы она испортила себе жизнь, встречаясь с женатым человеком.
– Проваливай, – тихо сказал я, а потом закричал: – ПРОВАЛИВАЙ ОТСЮДА!
Схватив со стола любимую кружку, я швырнул ее в Дэйва. К счастью или к сожалению, мужчина уже успел выйти из кабинета. Оливер вцепился в меня, не давая выбежать вслед за Дэйвом. Внутри горело, будто пламя пожирало все, что делало меня счастливым.
– МИСТЕРА ДРОНКА, ДИАНА. ПОЗОВИ МИСТЕРА ДРОНКА!
Глава 19
– Солнцезащитные очки зимой и вправду выглядят странно, – сказала рыжая девушка своей подруге. Они сидели в кофейне. – Больно смотреть на тебя. И больно осознавать, что я не могу тебе никак помочь.
Флиана сняла очки, показав Крис заплаканные глаза. Подруга немедля обняла Фли, которая была в полном отчаянии. Хоть за девушкой и приглядывала охрана Томиана, она не могла спокойно жить, все время опасаясь, что вот-вот ее сфотографируют. В такие моменты Флиане особенно хотелось, чтобы Томиан оказался рядом и вновь убедил ее в том, что все будет хорошо, хотя она в это уже не верила. Форд и сам не отказался бы от поддержки.
– Все просто отвратительно, Крис. – Фли устала от своей усталости. – У меня нет вдохновения, но зато есть паранойя. Хочется сбежать далеко-далеко.
Томиан обещал девушке, что, как только в компании все наладится, они вместе полетят куда-нибудь отдохнуть. Жаль, что пока это были лишь обещания.
– Мисс Тэйлис, мистер Форд желает видеть вас. – К подругам подошел охранник, который сидел со своим коллегой за соседним столиком. – Нам следует немедленно выехать.
Флиана, кивнув, подхватила свою сумку с вещами, надела очки и обмоталась длинным шарфом. Выглядело это довольно жалко.
– Пора заканчивать, Фли, – сказала ей Крис. – Нельзя так страдать даже из-за любви.
Но любовь Флианы была слишком сильна, чтобы избавиться от нее по первому желанию. Девушке казалось, что чувства медленно душат ее, словно петля затягивается на шее, причиняя боль и страдания. И все же, несмотря ни на что, Флиана не думала о расставании, хотя это было бы самым разумным решением сейчас, а еще лучше – в самом начале истории.
– Где он меня ждет? – спросила Фли, садясь в машину.
– Недалеко отсюда, мисс Тэйлис. Вы, наверное, знаете, что у мистера Форда есть квартира на Манхэттене.
Знала, но никогда там не была.
Глядя в окно, Флиана прокручивала в голове все свои встречи с Томианом. Кошмар начался, когда люди узнали об их романе. До признания все было как в сказке. Сейчас же девушка саму себя не узнавала.
Машина остановилась перед небоскребом. Фли удивилась, что у Форда не самый последний этаж, а только пятнадцатый. Охрана провела девушку до двери и удостоверилась, что она зашла внутрь.
– Добро пожаловать, малышка Фли, – радушно встретил ее на пороге Томиан. – Что с твоими глазами? Ты что, плакала?
Девушка уткнулась лицом в грудь любимого и разревелась. Форд ненавидел, когда Флиана плакала, но в последнее время только такой ее и видел. Девушка перестала смеяться и радоваться.