Томиан отвел взгляд, не зная, что ответить другу, который искренне радовался за него.
– Что-то не так?
– Кэт – удивительная, но в жизни мы влюбляемся лишь раз, оттого она мне чужая. – Томиан не мог простить себе, что навсегда потерял счастье, которое стоило всех богатств мира. – Помнишь, я тебе говорил о сестренке Дэйва?
Джордж с удивлением посмотрел на друга, который выглядел совсем убитым. Конечно, он знал о Флиане, но никогда не расспрашивал Томиана. Уильямс и не подозревал, что Том до сих пор думает о ней.
– Я с ума схожу от того, что происходит в моей жизни. Ненавижу каждый день, Джордж. Хочу вновь ощутить то, что чувствовал рядом с Флианой. Я пытался поговорить с ней, но она даже слушать меня не стала.
– Для нее это стресс – спустя пять лет снова видеть тебя в своей жизни. Пойми ее. Веди себя осторожнее.
Томиан прекрасно это понимал, но ему нужно было лишь спокойно поговорить с Флианой и объясниться.
– Ты не будешь отговаривать меня от разговора с ней? – удивленно спросил он друга.
Уильямс был достаточно консервативен в таких делах, поэтому его ответ поразил Томиана.
– Поговорить – не то же самое, что развестись с женой и заставить Флиану снова сойтись с тобой, – ответил Джордж. – С тех пор прошло много времени. Твоя девушка в любом случае изменилась. Может, она уже совсем не тот человек, в которого ты был влюблен. Не стоит торопиться жертвовать сегодняшней жизнью ради вчерашней любви.
– А если она – все тот же человек, которого я любил?
– Это уже другой вопрос, Том. К нему нужно отнестись со всей серьезностью, которая только у тебя есть. Определи свои приоритеты и все хорошенько взвесь. И не забывай, что на другой чаше весов находится твоя дочь.
Томиан вскочил с дивана и нервно забегал по комнате. Он и сам понимал, что все очень непросто, несмотря на то, что его чувства к Флиане взаимны.
Джордж огорченно наблюдал за Фордом, у которого вечно все было не слава богу. У Томиана будто судьба такая – вечно страдать.
– А я думала, когда же ты навестишь меня?
Марлана встала из-за письменного стола, чтобы обнять сына. В последний раз они виделись на Рождество полгода назад.
Оглядев свой старый кабинет в «Форд Эмпайр», Томиан понял, что мать ничего не поменяла здесь за пять лет. Все было так же, как и тогда. Удивительно, как некоторые воспоминания согревают наши сердца, а некоторые ранят до такой степени, что трудно дышать.
– Я думал, ты сделаешь здесь капитальный ремонт, как и в особняке, который я больше не узнаю́. Зачем ты все поменяла, если не живешь там?
– Решила обновить достояние нашей семьи. Не понравилось? Я обычно там устраиваю встречи с инвесторами. Захотелось чего-то более яркого и бодрящего.
– Понятно.
Томиан подошел к окну, у которого мог стоять часами. Вид любимого города завораживал его. Нью-Йорк, говорящий с ним на языке любви, не мог причинить ему боль.
– По ошибке мне принесли. – Мать вытащила из папки договор о партнерстве, который Форд еще не подписал. – Зачем тебе этот «Тэйл Ис»? Да, круизный бизнес у них, конечно, хорошо развивается, но не настолько, чтобы примчаться ради них сюда. Мистер Дронк спрашивает у меня, зачем ты здесь, но я не знаю, что ответить. Скажи мне честно, Томиан, ты здесь не из-за партнерства?
Форда всегда удивляла острота ума Марланы, но это же и раздражало его. Мать невозможно было провести. И казалось, с каждым годом она становилась все более прозорливой.
– Нравится ли тебе видеть, что твой сын несчастен?
– Я не могу понять причину твоего несчастья. Ты до сих пор являешься одним из самых влиятельных бизнесменов в мире, у тебя прекрасная жена и очаровательная дочь. На твою банковскую карточку каждую минуту перечисляют тысячи долларов. Чем же ты, собственно, несчастен? Многие хотели бы поменяться с тобой местами, а ты готов все бросить ради какой-то сестренки предавшего тебя друга, с которым ты, кстати, собираешься заключить договор.
Многие согласились бы с ее словами, но только не Томиан, для которого счастье заключалось лишь в одном имени.
– Ты когда-нибудь влюблялась, мама?
Марлана снова села за стол. Сын впервые задал ей такой вопрос. Наверное, каждый человек в своей жизни влюбляется, но кто-то бережет любовь, а кто-то ее губит.
– Да, в твоего дядю.
Томиан быстро обернулся. Вряд ли мать горела желанием поделиться с ним своими давними переживаниями, но, видимо, придется, чтобы Том наконец понял ее.
– В дядю Кристофера?!