Нужно жить дальше.
Глава 33
Круизные лайнеры отправились в свой первый в этом году тур. Для меня это всегда было волнующим событием. Мы с Николасом очень постарались, чтобы туристы отлично отдохнули на передвижном курорте.
Наши круизы стартуют в разных странах мира – Китае, Бразилии, Италии и Греции. Дэйв вместе с семьей полетел в Бразилию, поскольку там должен был состояться дебют нашей программы в этой стране. Я же позволила себе расслабиться и осталась в этот день дома, хотя брат оставил меня за главную в компании. К моему большому удивлению, я снова начала рисовать, чему очень радовалась Крис, которая фотографировала мои рисунки для продажи.
– Вдруг твои картины заметит какой-нибудь крутой дядька и предложит отправить их в Лувр!
Подруга всегда была мечтательницей. Какой еще Лувр?
Боль в сердце не проходила, но мне стало спокойнее.
– Пошли с нами в клуб! – Питер практически жил в нашей квартире. Не ночевал, но всегда задерживался допоздна, когда приходил. – Тебе нужно развеяться, а то я подозреваю, что духота в доме не из-за жары на улице, а из-за тебя.
– Мне нравится твой парень с работы, – добавила Крис. – Я его, кстати, тоже позвала.
– Что? Как ты его нашла?
– Социальные сети, Фли, – самодовольно улыбнулась подруга.
После нескольких минут споров меня все-таки уговорили.
Я надела свое короткое синее платье, черные туфли и сережки, которые мне подарила мама на день рождения. Заказав такси (мы перед выходом выпили по бокалу вина), мы поехали в клуб «Прирол». Нас пустили без вопросов, поскольку владелец клуба был другом Питера. Внутри гремела музыка, слепил глаза диско-шар.
Николас держался как настоящий джентльмен, открывая передо мной двери. Я пыталась понять, почему не могу полюбить его, но так и не нашла ответа на этот вопрос.
Потом поднялись в ВИП-зону и, выпив по коктейлю «Лонг-Айленд айс ти», который я уже когда-то пробовала в университете, отправились на танцпол. В клубе я не чувствовала, что нахожусь в толпе. Я будто была наедине с собой, а остальные казались мне массовкой. Видно, алкоголь придал мне уверенности в себе, потому что во время танца я вдруг повисла на шее у Ника. Может, еще и из-за того, что Крис танцевала с Питером. Ник накрыл мои губы своими, ожидая, что я отвечу взаимностью. И я ответила на его поцелуй, хотя внутри было все так же пусто от обиды, как и всегда. Все в этом хмельном мире было ложью, которая ничего не значила. И тут же меня словно ударило током. Я оттолкнула парня, тревожно посмотрев ему прямо в глаза. Это все неправильно. Совершенно неправильно. Нельзя целоваться без любви.
– Я пойду умою лицо.
Поступив как последняя мразь, я побежала в уборную, рыдая по дороге. Освежила лицо водой, посмотрела на свое отражение в зеркале. Какая же я жалкая! Прижавшись спиной к стене, я медленно сползла на пол.
Я скучаю. Боже, как же я скучаю! Почему нельзя вернуться в прошлое? Хотя… я бы вновь и вновь наступала на одни и те же грабли, любя только его. Только его.
Неожиданно в уборную зашел Томиан. Разноцветные глаза смотрели на меня с такой же жалостью, с какой я смотрела на себя в зеркале.
– Девушка, с вами все в порядке?
Голос был незнакомый. Тут я поняла, что это совершенно другой человек, просто с такими же глазами, как у Форда. Нужно меньше пить, чтобы ничего не мерещилось. Гетерохромия – довольно частое явление, как я узнала, порывшись в интернете.
Мужчине было около пятидесяти, но они с Томианом и вправду были чем-то похожи, не только глазами.
– Вы, кстати, находитесь в мужской уборной. Мне кажется, что здесь не совсем безопасно, если вы не хотите, чтобы вас изнасиловали. – Незнакомец сел рядом со мной и протянул салфетку, чтобы я вытерла глаза. – Сегодня у нас обоих не задался день. Я разминулся с дорогим мне человеком. Летел столько часов, чтобы наконец повидать его, а он уже не пойми где.
Я не знала, зачем он мне это рассказывал. Наверное, хотел, чтобы я успокоилась, вот и отвлекал разговорами. Вообще, у него неплохо получалось. Его лицо было настолько знакомым, словно я где-то уже видела его. Возможно, алкоголь так влиял на меня.
– А я тоже разминулась с дорогим человеком. Навсегда.
– Знакомая ситуация. – Мужчина задумчиво посмотрел куда-то в сторону. – Грустно сильно любить. В сердце больше никто не может поселиться, кроме того самого единственного человека.
– Вы однолюб?
– Абсолютный.
Так вот как называется моя болезнь – «абсолютная любовь к одному человеку». Вылечиться невозможно. Любовь пожизненно остается внутри, не желая уходить, распространяя беспокойство по всему телу.