— Пенни за мысли? Так у вас говорится? — он скосил на меня свои сияющие глаза. Я взглянула на него, кивнув автоматически. Неужели он не догадывается, о чем я думаю? Но в его черных глазах я увидела только веселье: он полностью забыл об инциденте. Мне не пришлось отвечать ему, так как мы уже были в городе и следующий вопрос поглотил предыдущий: — А теперь куда ехать?
Я была рада, что обстоятельства привели нас в «Ройал». Атмосфера была яркая, почти праздничная, обслуживание и еда просто восхитительные. Я была счастлива и спокойна. Марион и Рикки непринужденно болтали, даже Стивен расслабился и улыбался.
— Я не думаю, что мне… — начала я, когда Стивен потянулся к моему бокалу, чтобы налить немного вина.
— Ну, что ты, — сказала Марион. — Мы просто хотим пожелать вам счастья.
Я выпила, но очень неохотно. Черные глаза Рикки следили за мной. Он ничего не собирался говорить, это мое дело. Ну, а почему нет? Маленький бокальчик, не следует делать из этого проблему.
Я ошибалась и почувствовала это сразу же, как только поставила бокал после первого же тоста Марион. Световые пятна хрустальных подсвечников, которые рассыпались и танцевали бриллиантовыми огоньками в бокалах вина, вдруг померкли и слились, а жужжание голосов и звяканье приборов пульсировали, то удаляясь, то приближаясь вновь.
Я должна есть! Я взяла нож и вилку, но волна тошноты накатила такая, какой не случалось с того первого пребывания в саду Шангри-Ла.
— Все в порядке? — удивительно, но первым заметил Стивен. Затем участливо со своего места стала вставать Марион. Я знала, что мне необходимо выйти, и затем Марион помогала мне дойти до туалета.
— Кажется, мне уже лучше. Там, в зале, так жарко, — я вновь наклонилась над умывальной раковиной и откинула мокрые волосы со лба.
Но Марион пристально смотрела на меня.
— У тебя будет ребенок, — тихо проговорила она. Это было скорее утверждение, а не вопрос.
Было бы глупо отрицать факт. Я кивнула.
— Ричарда?
— Да, конечно, — ответила я холодно.
Марион молча смотрела на меня. Ее лицо стало белым, как мел, а в глазах — страх.
Ее реакция перешла уже все границы! Я решила защищаться, и мне уже стало все равно.
— Случается, — сказала я. — И значит, мне придется оставить ненадолго работу, но мы справимся.
Марион все еще смотрела на меня, и в ее глазах было — я постараюсь объяснить это — что-то вроде ужаса. Наверное, у нее были проблемы при рождении первенца! Она знала, что в роду Рикки было что-то плохое, мимо чего нельзя пройти! Я дико перебирала все возможности, а Марион вдруг пошевелилась, будто заставляла себя вернуться откуда-то издалека, затем подошла и поцеловала меня.
— Чудесно, — сказала она. — Ты можешь рассчитывать на нас. — И слабо улыбнулась: — Ты можешь вернуться? Тебе лучше?
Я кивнула, потрясенная ее странной реакцией.
— Попробуй поесть немного, — сказала Марион. — Ведь теперь ты будешь есть за двоих.
О, боже, уж не собирается она теперь поддразнивать меня?
Мне стало неприятно в душе от насмешливого огонька, который пробудился в ее глазах.
— Лорна чувствует себя лучше, — объявила Марион, когда мы вернулись к столу. Мы с Рикки обменялись взглядами, и он понял, что наша тайна больше такой не является.
— Ах ты, шалун! — Марион погрозила пальцем Рикки, а он снова усмехнулся. — Почему ты нам не сказал? — Стивен не понял. Он озадаченно переводил взгляд с одного на другого. Марион открыто посмотрела на него: — Ты скоро станешь кем-то вроде дяди, — сказала она. — Не будем докапываться до точных названий, это слишком сложно. У Лорны будет ребенок.
Голос ее звучал беззаботно, но она опровергла его своим взглядом.
— Стивен, дорогой, ты не мог бы принести мне другой носовой платок из кармана плаща, он в раздевалке.
Я смотрела на Стивена. Он как бы находился в шоковом состоянии, и ей хотелось, чтобы он ушел оправиться от шока. Но почему? Я постаралась не думать об этом, у меня своих забот по горло. Принялась за еду и почувствовала себя лучше.
Марион снова подняла бокал:
— Мы пьем за прибавление в семье. Нет, Лорна, дорогая, тебе действительно не стоит, — она хитро улыбнулась Рикки. — Традиционный латинский темперамент. Жаркие ночи Средиземноморья. Навевает воспоминания, а, Стив?
Казалось, Стиву ничто ничего не навевает, он улыбался одними губами.
— Когда вы обручились, голубки? — спросила Марион. — Наверное, когда ты гостила у Рикки во Франции?
Она пыталась вычислить, когда мы… когда родится ребенок, поняла я. Ну, и что? Я уже собралась раскрыть рот, но Рикки опередил меня. Он улыбнулся, потянулся через стол и взял мою руку.