— Нет, не надо, — пресекла я ее вопросы. — Сейчас все уже хорошо. Рикки передал мне письмо, прежде чем сел в самолет. Думаю, в какой-то степени это дало нам возможность лучше понять друг друга, — добавила я с мстительным удовлетворением.
Марион читала молча. Затем она взглянула на меня с улыбкой.
— Я так рада. Если бы хоть на секунду я задумалась, что смогла быть причиной…
Во мне зашевелилось раскаяние. Какая же я свинья! Зачем ей сеять раздор между нами?
— Не волнуйся, Марион. Я просто устала, плохо спала, — в порыве я наклонилась и поцеловала ее. Она ответила тем же.
— Ночь, наверное, была ужасной. Я так тебя полюбила, Лорна. Верю, мы станем хорошими друзьями.
Она не знала всей драмы прошлой ночи, но в свете нашего нового взаимопонимания мне не хотелось приносить — думаю, это единственно подходящее слово — привидение тети Эммы на сцену. Скоро мне уезжать, совсем немного осталось, а когда вернусь, то буду уже с Рикки, и мы будем женаты.
— Тебе здесь просто необходим телефон. Приморский бульвар слишком далеко, — торопливо говорила она, беря в руки сумочку. — Нельзя жить так изолированно. Позвонишь мне, если будешь плохо себя чувствовать, да и мало ли что? Я быстро приеду. С этого дня ты будешь под моим наблюдением. Правда, исключая медовый месяц, — добавила она, лукаво смеясь.
Я рассмеялась вместе с ней и была довольна, что мы расстались на дружеской, веселой ноте. Все будет хорошо. Все должно быть хорошо.
Глава 9
Скоро мы будем там. На секунду я закрыла глаза. Я — невеста, торопящаяся навстречу медовому месяцу рядом с мужем. Не правда ли, жизнь прекрасна! Правда, у меня пять месяцев беременности, и первую ночь медового месяца мы провели в двадцати милях от города, навестив Мхэр, так как она не присутствовала на свадьбе. И сделали плохой выбор — отель был шумный, честность заставила меня признать факт, — но жизнь все-таки удивительна!
— Устала? — голос Рикки прервал мои мысли.
— Угу, — кивнула я. Последняя лихорадочная неделя сливалась сейчас в калейдоскоп впечатлений, моих стараний в коттедже, возвращения домой и сборов и подготовки к свадьбе в последнюю минуту.
— Они не рассчитывают, что мы останемся надолго? — спрашивал Рикки.
— Надеюсь, нет.
Мы договорились, что заедем пообедать на обратном пути к Марион и Стивену. Приветствия, поздравления, напутствия — так уж и быть, отобедаем у них. А затем, наконец, останемся одни, будем гулять у скал, исследовать заводи на пляже, и, наконец, я впервые буду готовить для двоих в коттедже тети Эммы.
Когда закончится медовый месяц и Рикки вернется в кемпинг, чтобы закончить работу, всего на несколько недель, нужно будет многое сделать. Мне придется приготовить, убрать квартиру, которую мы сняли, — часть медового месяца будет посвящена завершающим штрихам, и мне все чаще придется посещать предродовые занятия в больнице, готовиться к рождению ребенка. Мне надо будет заполнить больничный лист…
«Прекрати», — приказала я себе. Стоп! Медовый месяц будет спокойным промежутком, отдыхом и выполнит естественное назначение медового месяца. Мы с Рикки лучше узнаем друг друга — и в данном случае у Рикки появятся хорошие воспоминания о Шангри-Ла и не останется больше черных теней.
Дом Марион и Стивена был большой, с красивой мебелью. Не особо радушный, будто он принимал посетителей, но даже и не пытался казаться гостеприимным. Марион и Стивен явно преуспевали и жили удобно, атмосфера умеренного процветания уничтожила мои страхи, что они домогались какой-либо собственности тети Эммы.
Марион была экспансивна — нет, это слово совершенно не подходит, — очень счастлива видеть нас. Стивен был спокоен, как обычно. Их сын, Стюарт, медленно вплыл в комнату и был нам представлен. Да, он очень походил на своего отца, теперь я лучше поняла, почему Марион бывает такой резкой и холодной — мужчины в семье явно не были на высоте. Я могла представить, что их дочь, Шарон, — ее в данный момент не было дома — из другого теста.
Стюарт, наверное, посещал коттедж и играл с Рикки в детстве. Они были почти ровесники. Я хотела спросить, но, мне показалось, они не узнали друг друга. И вообще, было чувство, что Стюарт не был наслышан о Рикки.
Мы ели ветчину, салат и разговаривали. Да, свадьба прошла прекрасно.
Рикки улыбнулся мне. Я кивнула. Сюда подошло бы выражение «как и ожидалось».
Во время небольшого приема в доме Шейлы был один момент, один магический момент, когда мы с Рикки встретились глазами, и все в мире, кроме нас двоих, перестали существовать, и ничего не существовало вокруг, кроме нашего будущего. Затем Шейла, плаксивая и сентиментальная во хмелю, обняла меня нетвердой рукой: