- Я правильно понимаю, что если бы они выстроили войска таким образом, то накрыли бы вас сверху?
- Правильно, - изумился Дерек, - но они не могли так сделать, их атаковали когда сверху шёл грозовой фронт.
Любозар вгляделся в своего нового владыку и вдруг спросил:
- Ты наверно очень тоскуешь по полёту?
Дерек прислушался к себе.
- Нет, - ответил он честно, - ни по дому, ни по полёту я не тоскую. Даже странно.
"И курить мне не хочется", - добавил он про себя, чтобы не объяснять воеводе, как и для чего "дымят" - не было здесь слова "курить".
Ночью он зашёл к Талине сам - во избежание повторения вчерашней ситуации. Он её разбудил - она считала весь день и весь вечер, но зато перепроверила и перевела в десятки половину отчётов. Бумаги Дерек забрал, обнять обнял, попросил поторопиться и ушёл к себе - на эту ночь он её нейтрализовал.
* * * * * * *
На первый курс магической Академии набрали девять человек: самому младшему было восемь, самому старшему - год сверх полутора дюжин. Ещё один парень оказался ровесник Ренни, но на голову выше и раза в три шире в плечах. Нашлись и девочки - обе на несколько лет младше. Рении не знал - радоваться или огорчаться, он думал, что только у них дома учатся по семь-восемь человек на курсе. Зато рыжих оказалось больше половины - всех оттенков раскалённого металла.
Всё оказалось не так страшно - писать не умела половина группы. Младший и девчонки - из-за возраста, самый старший - потому что прибыл из глухой деревни на севере. Так что время приспособиться к бумаге и перьям будет. И писать можно на родном языке, главное, отвечать правильно.
Первые занятия они присматривались друг к другу, а потом курс разделили - грамотных в одну группу, неграмотных - в другую. Только практические занятия по магии оставили совместными.
На старших курсах насчитывалось примерно столько же говорящих - от семи до дюжины. Ренни нашёл двух своих соплеменников на седьмом и восьмом курсах, и даже видел живого эльфа с пятого. Эльфа действительно звали Лиэрн безо всяческих "чтототамэль".
Кормили очень хорошо - кашей утром и супом в обед. Можно было ещё и ужинать, но вечером его кормил Уржел. Ещё он нашёл свою общину и узнал, что туда приходила Талина - но только один раз, больше её не видели. Он разыскал гостиницу - вокруг неё стояла охрана, ощупывавшая едва ли не каждого пытавшегося войти, и крутилось слишком много собак. Он не решился прорваться внутрь и спросить про Талину - вдруг бы это ей чем-нибудь навредило. Если она ещё там.
Поселился он в лечебнице, ночевал в палате с самыми тяжёлыми больными - больше от него пока ничего не требовалось - и платили ему серебрушку в полдюжиницы или два медяка в день. Ренни осторожно спросил у своих, нормально ли это, и услышал, что если его ещё и кормят - то вполне. А если он попутно чему-то учится, то могут вообще не платить. В общем - как договоришься. Разве у кузнеца с подмастерьями не так же? От таланта ученика всё зависит, с иного ещё и вычтешь за испорченную заготовку. Ренни подсчитал, что если на еду совсем не тратиться и где-то чуть-чуть подработать, то к зиме, которой его сразу начали пугать, он сможет накопить на доху и зимние вещи. Зимы он не видел, но она его уже страшила - какой же должен быть мороз, чтобы по воде можно было ходить?
А через семь дней вечером в лечебницу пришла Талина - в новых штанах и свитере и очень дорогих сапогах, словно она вдруг сильно разбогатела. Его затрясло - он прекрасно знал, откуда у девушки может появиться дорогая одежда и красивые сапоги. Могла бы надеть старые - зачем всем своим видом сообщать ему... Ренни закусил губу и попытался улыбнуться.
- Здравствуй, - еле выдавил он, - ты как?
Она подошла ближе, вытащила из заплечного мешка свёрток и протянула ему.
- Хорошо, - улыбнулась мечтательно и отстранённо, - это тебе. Там свитер и ещё вещи на зиму. Не замёрзни здесь - зимой очень холодно, я в первый год себе чуть уши не отморозила.
- А ты? - сказать что-то ещё он был не способен.
- Я уезжаю, - она погладила его по щеке. - Скоро... светлый... владыка отвоюет власть, путешествовать станет безопаснее, ты всему научишься... Всё будет хорошо, Ренни. Правда.
- Уезжаешь? - не захотел поверить он. - Куда?
- В Тальн, - вид у неё был чуть виноватый, - к отцу. Ренни, ты будешь учиться, а мне... мне нелегко будет в чужой общине. В Тальне много лучше. Правда.