Ещё ночами Дерек искал обходные пути. Единственный, который нашёл - отдать ребёнка в чужую семью, жениться на Талине, и уже потом привести девочку во дворец в качестве воспитанницы. Он даст ей всё - только дочерью она не будет называться. Представил, как предлагает это Талине. Вздрогнул. Представил, как забирает Талину к себе, а потом сообщает, что женится на другой. Затем - как сразу ставит её об этом в известность. Ещё неизвестно что хуже - её согласие или отказ. Ни один вариант не проходил. А если маги ошиблись и родится мальчик?
* * * * * * *
Деньги обрушились на Талину внезапно. В первую дюжиницу, занятая работой и обустройством дома, она не сообразила, сколько ей причитается. Во вторую же выяснилось, что за дрова на зиму она уже уплатила из первого заработка, за ремонт подвала, второй выход и печку в нём - тоже, дамским арбалетом обзавелась, зеркало в дом - купила, крупами на зиму запаслась, мышекрысоотпугивающие заклинания - оплатила за полгода, клопо- и тараканогонные - за год вперёд, служанке жалованье отдала, и деньги ещё остались, так что девать заработок за вторую дюжиницу ей решительно некуда - разве дом новый купить, но зачем? Заново все отпугивающие заклинания и ремонт подвала оплачивать? Талина пересчитала монеты и ахнула: им с отцом пришлось бы за такую сумму не покладая рук трудиться полгода.
Потом она поняла, как можно заработок удвоить... если... если немного подумать. Совсем чуть-чуть. Не отметить пару арбалетов. Чуть изменить цену на не самый лучший меч. Господин Хант не обеднеет - ему эти деньги, что для неё теперь полсеребрушки. Желающих сбыть лишний товар, минуя отчётность, оказалось предостаточно. Талина мучилась недолго: обозвала себя предательницей и жадной стервой, послала в пасть к кикиморе очередного вороватого поставщика, - послать его в гномью задницу у неё язык не повернулся, - и зареклась впредь даже думать о таких вещах. Нельзя. Ей доверили такое крупное дело, а она, не продержавшись и двух дюжиниц, уже прикидывает, как можно обмануть Ильма.
Ага, тут же возразил разум - а сам-то он, сам-то! У него ж на лице написано, что мошенник. Разве честный человек может быть настолько богат? Сам-то он небось как только дорвётся до поста казначея, так Дерека.... казну ещё почище ограбит! Сам-то он наверняка себе в пару дюжин раз расходы завысит! Она же всего лишь немного восстановит справедливость. И Ильм ничуть не будет этим удивлён - кому, как не ему знать, где можно урвать лишний золотой. Он даже станет презирать её - за то, что не сообразила. Сказал же - больше одной дюжинной не воровать... а одна дюжинная - как раз удвоить заработок. Талина ещё раз обозвала себя предательницей. Послала ещё одного купца. Прикусила губу и решила гнать куда подальше такие мысли. Казалось - достаточно лишь твёрдо решить, что воровать она не станет - и всё наладится. Но мысли возвращались с каждым новым поставщиком, и она выпроваживала их до тех пор, пока не поняла, что именно они отвлекают её от воспоминаний о Дереке. Тогда мысли спешно разбежались, а жадность тут же уступила место жалости к собственной несчастной жизни. Дерек уехал и наверняка забыл её, а она останется здесь с дочкой от случайного и нелюбимого и целой кучей денег и женихов. Женихи развлекали и отвлекали, но скоротать ночь с кем-то из них Талине не хотелось совершенно.
Часть денег она отдала отцу - он давно думал организовать собственную торговлю. Если Ильм начнёт возражать - можно договориться с ним за часть доходов. Мачеха, увидев монеты, быстро что-то подсчитала и заявила, что теперь Талина может тянуть с замужеством сколько угодно - чем дольше она продержится на должности управляющего, тем богаче и знатнее муж ей достанется. Талина замуж и не стремилась - быть единовластной хозяйкой в доме ей понравилось. С другой стороны - замужние женщины пользовались гораздо большим уважением в обществе, как и женатые мужчины. Оставалось только найти такого мужа, который бы не пил, не дрался, знал о существовании подгорного народа и не возражал против её поездок домой, не вызывал отвращения как мужчина, был способен изредка о чём-нибудь поговорить, но со своими проблемами не приставал, жил отдельно от отца с матерью, не лез бы в её работу, не претендовал на её деньги, сам был достаточно богат, чтобы нанять детям нянек и ... не мешался.
О Дереке известия приходили редко и скупо, передавал их обычно агент Хельма - весёлый добродушный толстяк, вторым обликом которого была стройная длинноногая снежно-белая борзая. Толстяк был слишком заметен и раньше работал гончим и посыльным, но теперь его оставили присматривать за Талиной, как она подозревала - для отвлечения внимания от тех дворняг, что часто копошились неподалёку от её дома. Кто из них настоящий агент - рыжая ли сука с проплешинами, еле передвигающая ноги и часто к ней ласкающаяся, черный ли с подпалинами пёс, хромоногая лохматая шавка с рваным ухом или кто ещё, она даже не пыталась разобраться. Агент на то и агент, чтоб его нельзя было вычислить.