— Пытались, хором на десять голосов.
— Я не об этом.
— Сегодня я внушу ему отвращение к единорогу, завтра — к этой девчонке, а послезавтра у меня на трон сядет слюнявый идиот. И мне две-три дюжины лет от него ни на шаг отойти нельзя будет.
— Не факт.
— Но очень вероятно. Ты ведь её вытолкаешь?
— По-моему, у меня прямо противоположная специализация.
— Но ты поможешь?
— А сам никак? Нас тошнит? Нам противненько? Мы все такие утончённые и брезгливые? Сапожки боимся перепачкать, ручки замарать? Или найти не в состоянии?
— Я её нашёл. Она точно на грани, лап. Начну выталкивать сам — шанс один из двух. Угроблю ведь. А у тебя ошибок быть не может. Ребёнка я не видел. Но… может ещё не всё потеряно? Ты ведь поможешь?
— Да тебе-то что?
— Просто жалко. Потащили девку с собой и не углядели.
— Какое-нибудь более внятное обоснование ты придумать не в состоянии?
— Почему? Если б не она — искал бы я сейчас нового повелителя. Сойдёт?
— И поделом бы обоим. Нечего баб с собой в поход таскать. Что ты молчишь?
— Лап, я возьму тебя с собой, если ты так хочешь. Правда. Только помоги. Младенец ещё этот… куда дальше?
— Ладно тогда, пошли со мной, я мамашу толкну, а ты ребёнка понесёшь, чтоб мне два раза не мотаться. Чего взбледнул-то?
— Что-ты-что-ты-рыбка-уже-иду.
— Не отставай, а то тебя ещё потом искать.
— Мне не до шуток.
— Зря. Вот она. А вон младенец. Далековато ушёл. Сейчас толкну его, а ты лови.
— Вот эта рыжая девица и есть ребёнок?
— Ты что, никогда их не видел?
— Начинаю думать, что видел, просто не понимал, что это младенцы. А она разумна сейчас?
— Естественно. Умничка, хорошо ловишь. Как зовут мамашу?
— Талина.
— Талина, пойдём. Рано ещё. А ты тащи младенца. Не бойся, не надорвёшься. Кто его отец?
— Не в курсе. Маг наверно, с которым её нашли — сам ещё ребёнок.
— А. Тогда понятно, почему их на месте не убило. Но магических способностей у девчонки не будет, эта тварь всё высосала.
— Да и ладно, она могла их вообще не унаследовать.
— Это точно. Ну всё, завтра очухается.
— Спасибо.
— А благодарность?
— Какая?
— Поцелуй. Или нежное объятие.
— Угу. А потом я перестану соображать и мы прямо здесь и завалимся.
— Я прекрасно знаю, что ты преувеличиваешь.
— Ненамного. И я не собираюсь быть твоим любовником при живом муже.
— Не переживай. Он за последнее время облагодетельствовал наследниками весь свой гарем. Но диван что-то не шибко рад такому периоду зимнего покоя в отношениях с любимой женой — потому как половина визирей отправилась на усиление границ, а ещё треть — в долговые ямы. Зато государство заметно разбогатело, и подданные на всех углах славят мудрость великого шаха.
— Узнаю твой почерк. Но не во всё верю.
— Зря.
— Солнышко, потерпи ещё чуток. Правда. Хочешь, я даже буду хранить тебе верность?
— Не надо. Нужен ты мне. Проводишь?
— Естественно. Ты сокровище.
— Знаю.
Вызов пришёл со вторым криком петухов: Дерек выскочил в коридор и натолкнулся на советников — в кольчугах и при мечах.
— Ждите здесь, на вас Талина и магическая поддержка, — приказал Дерек и активировал амулет.
— Давай к Талине, — толкнул Хельма советник по финансам, — забери её из лечебницы и тащи в мою лавку. Я — к своим, за магами.
Борода дождался: протяжный вой охраны и вибрация амулета связи оповестили его о приближении противника. Они были готовы: и копейщики и лучники с отъездом владыки заняли круговую оборону. Маги держали защитный контур, не давая возможности высадиться вблизи лагеря на расстоянии двух полётов стрелы — отряду противника придётся немного проскакать по просеке, чтобы добраться до купола.
Дерека вышвырнуло около условленного места — в десяти шагах от лагеря. Владыка огляделся — перед ним возник Корум, так внезапно словно тоже телепортировал.
— Слева, — доложил оборотень, — они слева.
Дерек уже и сам услышал конский топот и бросился вслед за агентом.
Конников было около двух дюжин. Лучники встретили их дружным залпом, ранив только лошадей — дружина была закована в мощную броню. Маги начали обстрел, но молнии и шары гасли, наталкиваясь на защиту противника.
Первая полудюжина нападающих налетела на магический контур — затрещали ломающиеся копья, захрапели кони, первые воины полетели на землю. Всадники перестроились — образовали коридор, пропуская к куполу мага, скачущего на рыжем жеребце. В конском прыжке до купола, маг спрыгнул на землю и вытянул руку. Узкое лезвие возникло в ней из ниоткуда и иглой вонзилось в купол.