Рен Неран понимающе вздохнул и добавил:
— Поэтому капитан сейчас пытается выяснить все подробности этого заговора…
— А вот это мне не нравится, Неран, его первоочередная задача — Игрок!
— Вот именно поэтому… В его донесении была одна теория, и мне стыдно, что я сам об этом не подумал!
— Вот как? Интересно…
— Все просто: предположим, Игрок — кто-то из тех, кто у нас в списке. Проще всего это будет показать на примере дер Фалдона — он не только главный подозреваемый, но и идеально укладывается в схему.
Принц кивнул, налил себе вина и жестом предложил собеседнику продолжить.
— Итак, дер Фалдон. Для успеха заговора ему нужно убить Императора, его сына и внука, а также Вас и принца Эверна. Допустим, ему это удалось, и его даже никто не заподозрил. Есть ли у него права на престол? Есть, хотя и почти призрачные. Оспоримы ли они?
— Еще как, — усмехнулся принц, — особенно с учетом того, что прадед нынешнего короля Аттрана был женат на сестре-близнеце императора Эрианора II, а его собственная сестра была супругой Миранна. Значит, вы думаете, Игрок готов отдать Дортвар в обмен на признание своей власти над Ронтаром?
— Именно! Король Дарлан — человек разумный, и прекрасно понимает, что даже если он и сможет захватить престол империи, удержать его ему будет не под силу. А вот если есть возможность только за свою поддержку получить вожделенный Дортвар…
— Изящное рассуждение, ничего не скажешь, браво, Неран!
— Похвалы не по адресу, Ваше Высочество, это в основном идея рена Корриса. Знаете, когда эта история с Игроком закончится, я бы с удовольствием ушел в отставку, уступив ему свой пост. Полагаю, он справится.
— Возможно, но я совершенно не готов отпускать вас, друг мой. Кстати, насчет законности прав на престол… А как же Реар? Все же покойная Императрица — тетка короля Жаннтера! Хотя в королях Реара крови нашей династии как раз нет…
— И кроме того, есть еще одно соображение, уже лично мое, и в него дер Фалдон опять-таки укладывается идеально. Что, если он хочет не сам сесть на престол, а возвести на него сына? Диар молод, красив, а младшей дочери короля Жаннтера, в которой тот души не чает — шестнадцать лет… И год назад, когда рен Этрей с сыном вдруг решили навестить своих реарских родственников, Диар был представлен принцессе Анарис, и говорят, произвел на нее очень сильное впечатление…
— Союз через брак?! Проклятье, вы правы, это идеально укладывается в схему! И тогда понятно, почему советник так живо интересовался постельными подружками сына!
— И почему ему была выгодна в этом качестве теа Лия, которая не может претендовать на брак даже в случае беременности, в отличие от аристократок. Хотя это всего лишь теория, вот рен Коррис и занимается тем, что пытается найти связь хотя бы с одним из фигурантов нашего дела, попутно расследуя прочие грязные делишки бывшего наместника, а их оказалось немало.
Принц покачал головой:
— Неран, если нам удастся отстоять империю, нужно будет сделать так, чтобы любой мог пожаловаться на действия наместника. Мы похожи на человека, который заснул в лесу и проснулся лишь тогда, когда волки откусили ему обе ноги!
Рен Неран только тяжело вздохнул и кивнул.
— Командир?
— Заходи, Орван. Вино будешь?
— Буду, а что это вы в темноте сидите?
— Веришь — не заметил, задумался, — ответил Коррис, — зажги свечи.
Помощник быстро зажег свечи, налил себе вина и уселся в кресло, украдкой рассматривая капитана. Вид у того был усталый и какой-то отстраненный.
— А о чем задумались-то? — осторожно спросил он.
— О чем… Вот мы с которым по счету наместником сталкиваемся, и все им чего-то не хватает! Хотя и власти довольно, и денег… Нет же, готовы убивать, изменять, воровать, и ради чего? Эх…
Коррис глотнул вина и покачал головой.
— А еще… Они все это творят, а люди стонут, ненавидят поставленных над ними, но молчат! Уже во второй провинции нас встречают чуть ли не как посланцев Богов, но почему ж они сами не делают ничего, чтобы помочь себе?
Орван хмыкнул, отхлебнув вина и ответил:
— А что обычные-то люди сделать могут супротив наместника да его подручных? Вон, в Горрине аристократ пожаловаться решил, так быстренько прирезали, и ежели б не вы, так вдова с дочерьми по миру б пошли!
Коррис невесело усмехнулся:
— Потому что с такими людьми нельзя быть благородными. Уведомь он Тайную службу потихоньку, был бы жив… Вот только он, видимо, счел ниже своего достоинства делать что-то втайне, так это дворянин, а хоть те же купцы что ж?