Лие показалось, что ее ударили, а горло сжало невидимой петлей. Повернувшись так резко, что юбка взметнулась вверх, она потрясенно уставилась на рена Дасса, смотревшего на нее явно виновато.
— Откуда вы… — прохрипела девушка, ухватившись руками за горло, словно пытаясь сорвать душившую её веревку.
— Я был побратимом вашего отца и встречал вашу мать. Это правда, вы действительно дочь Ассира Эс'Шери.
— Девочка, я понимаю, каким потрясением все это явилось для тебя, но всё же прошу: присядь, давай поговорим, — ласково обратилась к ней рея Нассия.
Лия молча, двигаясь словно деревянная, подошла и села в кресло, стараясь не встречаться с женщиной взглядом. Та внимательно рассматривала внучку. «А характер-то у нее наш, фамильный, — с невольной гордостью подумала рея Нассия, — и не скажешь по виду, что она испытывает хоть что-то! Сложно придется, но оно того стоит»…
Внучка подняла на нее глаза, и женщина с трудом смогла удержаться от эмоций: никогда она не видела такого холода во взоре! Сталь, ледяная и убийственная… От этого взгляда хотелось отшатнуться, но он держал — крепко, не давая вздохнуть. Совершенно спокойным и размеренным тоном девушка спросила:
— Если все это правда… Где мой отец?
— Он погиб незадолго до конца войны, — ответила рея Нассия, — Дасс, я думаю, будет лучше, если ты расскажешь Лиассе о том, как встретились ее родители.
Лия с трудом сдержала дрожь. Как часто она мечтала о том, что наконец узнает тайну своего рождения, узнает, кем был ее отец и почему он бросил маму, почему она решилась рожать без мужа… Она требовательно посмотрела на рена Дасса, тот вздохнул и начал:
— Мы с Ассиром были дружны с детства, и на войну мы тоже пошли вместе. Молодые — мы тогда были немногим старше вас, горячие… В одном из сражений маги Ронтара применили какие-то странные чары… Обычно на кшаси из Великих родов магия действует крайне слабо, поэтому никто не ожидал такого эффекта… Словом, мы пришли в себя уже в плену. Первые несколько дней нам оставалось лишь гадать, выживем мы или нет, убьют нас ради забавы или обменяют на какие-то уступки со стороны Кшасаэра… Я был ранен сравнительно легко, с Ассиром дело было хуже: примененное средство лишило его доступа к магии, и он не мог затянуть раны, которые начали гноиться. Впрочем, нами никто особо не интересовался, попросту запихали в крохотную комнатку и оставили умирать…
Он помрачнел, помолчал и продолжил:
— Так прошло два дня, а на третий троих из нас отделили от остальных. Мне довелось подслушать разговоры офицеров: мы были ценным ресурсом, ведь все трое принадлежали к старшим из Великих родов! Нас планировали использовать как инструмент давления на старших родичей. А чтобы исключить возможность побега, отправили туда, откуда выбраться без посторонней помощи было невозможно: на север, в Ортен.
Лия едва сдержала вскрик. История, что когда-то рассказала ей Мирая, обрастала плотью…
— Дорога была длинна, да вы и сами знаете… К тому времени, как нас доставили в Ортен, Ассир был совсем плох. Хуже всего то, что магия исцеления, применяемая людьми, совершенно не действует на кшаси, а влияние трав может оказаться прямо противоположным ожиданиям, поэтому все усилия целителей были бесполезны. Пока в помощь им не прислали учеников местной Магической Школы, среди которых оказалась юная, но невероятно талантлива потомственная травница Минна. Именно она вытащила Ассира из-за Грани, и так вышло, что отношения больного и целительницы переросли в нечто большее…
Мужчина замолчал, и тут же вступила рея Нассия:
— За возвращение пленных Владыке предложили отступить, оставив Ронтару целую область, в которой проживало почти пять тысяч кшаси. Пять тысяч за дюжину… Он отказал, и наши родичи были обречены…
— Вот только нам удалось заранее узнать о планах властей империи. А Минна… она помогла нам бежать, Ассир предлагал ей уехать с ним, но она отказалась. Сказала, что простолюдинке-человеку нечего делать рядом с аристократом-кшаси. Ассир… Он отступил, ведь нам грозила нешуточная опасность и он боялся подвергнуть ей Минну, — тихо произнес рен Дасс, а потом поднял глаза на Лию, — и клянусь, я не знал, что они были близки!
Лия закусила губу, стараясь сдержать слезы. Бедная мамочка!
— Я никогда и никому доселе не говорил этого, — в голосе кшаси звучала искренность и боль, — Ассир искренне любил Минну и как-то раз сказал мне, что разыщет ее после войны и не будет слушать никаких отговорок и уговоров родни, он хотел жениться на ней… Вот только в одном из последних сражений он был убит…