— Мужчины, — вздохнула жрица, — а как же девочка?
— Спроси у Маэры, — горько усмехнулся ее брат, — ведь это Она сплела для девочки этот Путь…
— Неисповедимы пути Ее, — печально ответила Алисса, опуская голову.
— Идиот!!! — ярость главы рода почти ощутимо ударила Дасса, — ты вообще соображал, что делал?! И это тебя я считал своим наиболее вероятным преемником?
— Я же не знал, что артефакт Эс'Шери изберет ее, — попытался оправдаться тот.
— При чем тут… — рен Ялисс скрипнул зубами, — какого… шьет исс касс ташши… ты вообще пошел на конфликт со старой гадюкой? Переиграть ее задумал, щенок?
Дасс вздрогнул от ругани дяди и опустил голову.
— Хорошо еще, что то ли у Главы, то ли у реи Нассии хватило сдержанности не объявить Эс'Ашет врагами Эс'Шери! Прочь с глаз моих!
Дасс вышел из кабинета дяди и устало прислонился к стене. Все было, казалось, продумано, и рухнуло вмиг. «И всё же твоего любовника я из Карраса удалю, — зло подумал он, — да так, что он никогда и ни за что не вернется! Хорошо, что я знаю время»…
Добралась! Лия смотрела на здание и гадала: здесь ли Коррис, будет ли он рад ее видеть… Терзало и чувство неловкости — прийти самой к мужчине, словно она какая-то… Лия тряхнула головой, рассердившись на себя: какой смысл был сбегать из дворца, если она сейчас струсит? Вот только хватит ли у нее смелости сказать ему все о себе? «Может, не сразу? Да, так и сделаю!» — решила девушка и решительно двинулась ко входу.
Коррис опустился в кресло и вздохнул. Наконец-то он свободен! Интересно, как там Лия и почему этот… Эс'Ашет не дал ее адрес? Как ее теперь разыскать? Знать бы, действительно ли он сказал Лие об этом месте… «Если завтра не получу от нее никаких известий — найду Дасса и вытрясу из него информацию, в самом крайнем случае обращусь к Владыке», — решил мужчина. Он разыщет Лию и предложит вернуться в Эрант вместе, и теперь уж точно не упустит свое сокровище! Прикрыв глаза, он принялся фантазировать о путешествии наедине с любимой.
От мыслей его оторвал стук в дверь — странный, какой-то робкий, словно стучавший был готов убежать прочь. Недовольно поморщившись — кого еще тут принесло, или у них принято гостям девиц предлагать — он распахнул дверь и замер. Робкий вопрос: «могу я зайти?» не сразу дошел до его сознания, так что он просто стоял и смотрел на нежданную гостью. Ожил он только тогда, когда девушка отчаянно покраснела и сделала шаг назад.
— Прости, я не ожидал, — удержал он её за руку, — пожалуйста, проходи!
Она зашла, явно продолжая смущаться и потупив взор. Коррис шагнул к Лие, помог ей снять плащ, осторожно положил его на кресло и хотел было предложить ей сесть, но встретил лучистый, полный нежности взгляд и замер, сглотнув. Неужели… Девушка не отвела глаз, и он буквально утонул в их ласковом сиянии. Дыхание сбилось, но Коррис всё так же не осмеливался прикоснуться к Лие, точно боясь разрушить хрупкое равновесие этого момента. И тогда она сама шагнула к нему, обвивая руками его плечи и, коснувшись губами бешено бьющейся жилки на шее, прошептала:
— Люблю тебя.
Он вдохнул, только сейчас понимая, что задержал дыхание, и прижал ее к себе. Тихий вопрос, ее полустон-полувыдох «да», и все в мире за пределами этой комнаты перестало быть важным для двоих…
Руки и губы, с благоговейной нежностью касающиеся кожи единственного во всем мире человека. Рваный ритм дыхания и бешеный стук бьющихся в унисон сердец. Поцелуи, кружащие голову и пьянящие сильнее самого крепкого вина. Шепот, отдающийся музыкой в ушах влюбленных. Короткий вскрик, пойманный мужскими губами. Два тела, сплетённые воедино в древнейшем из танцев, где нет места лжи и притворству…
— Прости, радость моя, я причинил тебе боль, — прошептал Коррис, прижимая к себе Лию, и чувствуя себя безумно счастливым и гордым.
— Я же целительница, — она одарила его лучистым взглядом, — так что тебе не стоит беспокоиться.
Лия коснулась губами чуть солоноватой кожи его шеи, прислушалась к изменившемуся дыханию мужчины и, осмелев, принялась целовать его лицо, шею, грудь — легкими, едва заметными прикосновениями. Кончиками пальцев провела от груди к паху и замерла, когда он перехватил ее руку. Посмотрев на нее потемневшим взглядом, Коррис тихо сказал:
— Не играй со мной, Лия, я слишком долго ждал тебя и мечтал о тебе!
— Я не играю. Любимый мой, единственный…