— Тен Шарон, ваша помощь может оказаться бесценной, но вы не обязаны делать это. Мы солдаты, и служим империи в любом месте, куда бы она нас не послала, но вы…
— А я сам решил вам помочь, — задрал бороду тот, — и еще посмотрим, кто окажется храбрее. И вот, — он обернулся и махнул рукой, давая знак поспешившим на зов шахтерам помоложе, что несли в руках большие мешки, — каски наши, что с фонариками, аль вы с факелами под землю лезть собрались?
— Что ж, тен Шарон, добро пожаловать в отряд, — усмехнулся Коррис, хлопнул того по плечу так, что шахтер пригнулся, и направился в авангард отряда.
Шарон присвистнул, обращаясь к одному из солдат и потирая плечо:
— Надо ж, а я в вашем капитане такой силы и не чуял.
— Наш капитан вообще мужик что надо, хоть и дворянин, — охотно откликнулся тот, — и командир отличный, и воин, каких мало, и погулять не дурак! Ну и судит всегда по совести, будь ты хоть рен, хоть крестьянин захудалый.
— Да мы уж поняли, у нас вон за вашего капитана все Богам молятся… Жаль, что таких среди дворян мало…
Вход в пещеру оказался довольно далеко от того места, что показал Шарон. Шахтер только покачал головой, осознав, что никто из его людей даже и не подозревал о том, что в этом месте что-то неладно. Расщелина между двумя скалами была густо заполнена сплетенными кустами ежевики, они же прикрывали и вход в пещеру. Даже сейчас, зимой, они скрывали его под плотной завесой веток и шипов.
— И как сюда кто-то заходил, неужто через эти шипы лез?
Вопрос Орвана был скорее риторическим, но стоявший рядом капитан негромко ответил:
— Этот вход может быть не единственным, ну а если единственный — при помощи магии кусты раздвинуть — раз плюнуть. Я бы вообще решил, что это иллюзия, да только маги тогда б точно нашли это место.
— Как же, иллюзия, — фыркнул Илис, — мне теперь из-за этих колючек новую куртку да штаны покупать придется!
— Получишь награду, хватит и на куртку со штанами, и погулять, — посулил Коррис и кивнул Орвану, — поджигайте.
Кусты, щедро политые горючим маслом, занялись жарким пламенем. Отдав приказ оправиться и надеть каски, Коррис отошел в сторону и принялся разглядывать вход, снова и снова задаваясь мыслью, что не давала ему покоя с момента прибытия: зачем? Зачем устраивать жертвоприношения в таком месте, ведь ясно, что любые происшествия на шахтах привлекут к себе избыточное внимание? В Вентерисе найденное место жертвоприношения находилось в стороне от поселений и дорог… Что же делает это место особенным?
Кусты прогорели быстро, уже через четверть часа вход в пещеру открылся во всей красе: темный проход в камне, похожий на пасть неведомого чудовища, поджидающего неосторожную жертву. Оглядев отряд, Коррис негромко скомандовал: «Вперед!», и первым шагнул во тьму.
Шарон охнул и быстро догнал его.
— Капитан, не спешите так. Давайте-ка я вперед, все ж таки это подземье…
— Лучше я, — насупился Урик, — может, я и не по подземной части, зато ловушки нюхом чую.
— Вместе пойдем, вон коридор какой, — тихо ответил Коррис.
Действительно, проход был широким, двое человек могли разминуться, не прижимаясь к стенке, и высоким — даже Коррису не приходилось опускать голову. Пройдя несколько локтей, капитан спросил:
— Тен Шарон…
— Да кличьте меня по имени, мало ли что случиться может. Вон, солдат-то своих небось тенами не честите…
— Мы с капитаном во всяких переделках побывали, вот и зовет. Не примазывайся, борода, — недовольно прошипел бывший вор.
— Урик, — строго сдвинул брови капитан, и снова обратился к шахтеру, — Шарон, мне кажется, или мы спускаемся?
— Верно, тропа под уклон ведет, не крутенько, но заметно. И как мы это место проглядели?
— А оно естественное или искусственное? — не дождавшись ответа, Коррис покосился на Шарона и пояснил, — от природы такое или проход кто-то вырубил?
— Видать, тут что было — вон, гляньте, дикий камень, кайлом не тронутый, а потом расширили… Да только как? Уж больно тут стены гладкие, да и зачем широкий такой…
Коррис провел ладонью по стене, прислушиваясь к своим ощущениям.
— Похоже, магия, камень словно оплавленный.
— Стой! — вдруг прошипел Урик, заставив всех замереть как вкопанных.
Прищурившись, он внимательно посмотрел по сторонам, поднял с земли камешек и со всей силы швырнул вперед. Не раздалось ни звука, только часть тропы словно осыпалась, зазияв широкими провалами.