- Что? Ты спятил. Это может быть опасно, ведь ты не знаешь, с кем мы имеем дело. Если они смогли такое провернуть, думаешь им будет чего-то стоить убить тебя? Или посадить в тюрьму. Не смей, Алекс. Не лезь в это.
- Не могу. Я не могу все так оставить. Это наложило большой отпечаток на мою семью. Они страдали, пока меня не было. Мою сестру унижали в школе, из-за того, что ее брат убийца. Мой дом закидывали яйцами. И даже брату досталось. Кто-то хорошего избил его разок, за то, что он якобы такой же убийца, как его брат. Я не могу оставить это. Я найду виновного.
- Я не знала этого. Прости. Прости меня – снова разрыдалась я, прижимаясь к его груди.
- Не нужно. Ты ни в чем не виновата.
- Виновата. Я не защитила тебя. Позволила другим думать, что ты виновен. Я должна была кричать, что это не ты.
- Ты и кричала. Правда позже, чем хотелось бы. Но ты просто не могла. Ты была разбита и убита горем. Я не виню тебя и никогда не винил. Ты сделала то, что должна была.
- Нет, я должна была защищать тебя, а я смолчала. Глупая девчонка. Я не знала, правда не знала, что вы так страдаете от этого.
- Ханна, не плачь. У меня сейчас сердце разорваться от боли.
Когда я взяла себя в руки, поднялась и молча пошла в каюту. Когда я вернулась Алекс облегченно вздохнул, как будто думал, что я сбежала. А я лишь молча протянула ему письмо, полученное мной утром.
Он также несколько раз перечитал письмо, не веря своим глазам. Поднимал на меня встревоженный взгляд и снова перечитывал текст.
- Это не шутка? – спросил спустя пару минут.
- Не знаю. Я получила его утром. Курьером лично в руки.
- Ханна, но это же многое объясняет. Значит мои догадки верны. Иначе кому было бы выгодно слать такие письма?
- Я даже не думала, что все может быть так запутано. Я ехала сюда, чтобы встретиться с матерью, а теперь хочу найти убийцу отца. Я даже не подозревала, что в деле что-то не так. Мы были не в том состоянии, чтобы что-то проверять и слушать. Я плохая дочь.
- Ты хорошая дочь. Ты же знаешь, как твой отец любил тебя.
- Да, а я даже не позаботилась о нем. Его убийца гуляет на свободе, а я наслаждаюсь жизнью. Разве так поступает хорошая дочь? – закричала я, хоть и понимала, что Алекс не причем. Просто на мне сказывается стресс из-за последних событий.
- Извини – тут же прошептала я и потерлась лбом о его грудь.
- Ничего, все в порядке – обнял меня, поглаживая по спине. Кажется я настолько привыкла к этим его ласкам, что не могу без них.
Часть 4.
Я не узнавала сама себя. Почему я так легко доверяла Алексу? Зачем нужны эти дурацкие слезы, что уже который раз появляются на моем лице? Я всегда была сильной. Всегда, сколько себя помню. Мне не хватило материнской любви и, наверное, это привнесло свою лепту в мой характер и поведение. Я не любила раскрываться людям. Даже встречаясь с Алексом я никогда не говорила о своей семье. Не жаловалась и не рассказывала, как относится ко мне родная мать. Все любили ее, она была прекрасным учителем. Но меня она била, если только хоть раз услышит мой смех в коридоре школы. Била редко, но метко. Незаметно и когда отец отсутствовал. А отсутствовал он часто. Поэтому я стала одиночкой. Не хотела лишний раз злить ее своим счастьем. Да я и не понимала, почему она так поступала со мной. До сих пор не понимаю. Только в шестнадцать я осмелилась пойти против нее. Моей поддержкой был Алекс. Он лишь однажды увидел у меня большой синяк на ноге, и начал расспрашивать в чем дело. Я солгала, что упала, хотя предыдущим вечером мать пнула меня со всей дури в ногу. Из-за того, что я гуляла, хотя должна была сидеть дома. Я вылизывала дом от и до, готовила кушать, лишь бы заслужить хоть маленькую похвалу. Но все случалось наоборот. Казалось она злилась еще больше, когда я выполняла всю работу по дому. Такие гнилые воспоминания всплыли в моей памяти, что захотелось их стереть. Вытравить из своей головы. Навсегда запереть и забыть. Но это моя жизнь. От прошлого никуда не уйти, как не старайся. И сейчас лежа в постели с Алексом я вспоминала и накручивала себя еще сильнее. А что если я действительно не ее дочь? Помню как-то раз она обмолвилась об этом, когда еще отец был жив. Она кричала на меня и в этот момент зашел он. Они тогда жутко поругались из-за этого в тот день, так, что мать не разговаривала со мной потом еще очень долго. Отец объяснил в тот же день, что слова матери о том, что я не ее дочь – это все лишь последствия стресса. Вообще я стала понимать, что может с матерью действительно не все в порядке? Не только сейчас, она всегда была какой-то ненормальной. Если она не моя мать, это многое бы объяснило. Но боюсь, что не смогу это узнать наверняка, так как она вообще видеть меня не желает.