– Я пришел сказать, что ты нужна мне, Ханна.
– Убирайся! – рычу, не в силах совладать с собой.
– Скажи, что ничего не чувствуешь ко мне, и я уйду, – говорит он на одном дыхании.
– Даже если и чувствую, что это изменит? – выкрикиваю ему в лицо.
- То, что я тебя больше никогда не отпущу.
- Хватит – умоляю, обессиленно опустив голову.
- Не могу – шепчет в ответ и прижимается лбом к моему лбу.
Наши лица так близко, что я чувствую его рванное дыхание у себя на губах. Не понимаю, как, но наши губы соприкоснулись, и я опять пропала. Пытаюсь отстраниться, но кого я обманываю. Я тоже скучала по нему все это время. Вспоминала его горячие поцелуи, ласки, прикосновения. И вот сейчас сама не помню, как обняла его и притянула еще ближе к себе. Я хочу раствориться в нем, хочу, чтобы он напомнил меня собой. Хочу принадлежать только ему.
Алекс приподнял мои руки над головой несмотря на то, что одна в гипсе и придавил своим пахом плотнее к стене. С моих губ вырвался предательский стон. Я хочу его, мое тело изнывает по нему, жаждет почувствовать его внутри себя. И он все понял, мое тело дало ему ответ вместо меня. Подхватил на руки, и рухнул со мной вместе на кровать, накрывая меня свои мощным телом. Один миг, и он жадно целует мою грудь, избавляя меня от ночной рубашки. Я изгибаюсь от таких острых ощущений, и в следующий момент он резко входит в меня, выбивая из меня тем самым крик наслаждения. Это был какой-то сумасшедший, сводящий с ума темп. Казалось, что Алекс хочет выбить из меня всю дурь. Он что-то шептал мне на ухо, но я не слышала. Я лишь чувствовала его в себе, сливалась с ним в единое целое. Такой наполненной я не чувствовала себя еще никогда. Он грубо и властно вдалбливался в меня, а я текла от счастья принадлежать ему. Я хватила его за плечи, прижимая теснее, обхватывала его торс ногами, искала его губы губами. Он стискивал меня все теснее, ближе, будто соединяясь со мной. Терзал своими сухими и горячими губами мои губы, шею, и когда меня затрясло в спазмах оргазма, я выкрикнула его имя, запрокидывая голову назад. Чуть позже он догнал меня, прошептав Ханна, таким гортанным и интимным голосом, что я взорвалась во второй раз, смотря в его родные и темные омуты глаз.
Меня привело в чувство то, что я увидела, как Алекс, перекатившись на бок, немного скорчил лицо. Опустив глаза, я заметила, что у него на боку сквозь бинты выступила кровь.
- Черт, Алекс. О чем ты только думал? – возмутилась я, перепугавшись за него. Я хотела быстро встать, но мои ушибленные ребра дали о себе знать, и я скорчилась от боли.
- Я думал только о тебе, моя старушка – ухмыльнулся Алекс, помогая мне привстать. Я расхохоталась от легкости нашего общения, а когда увидела его рану, мне стало не до смеха. Найдя в чемодане аптечку, быстро обработала кровоточащую рану и наложила новую повязку. Мне так хотелось расспросить его об этом инциденте, о том, зачем он пошел к Саманте. Да и вообще, что между ними, но мне не хотелось нарушать гармонию момента. Он словно почувствовав это, притянул меня к себе и чмокнув в лоб, обнял.
- Мне пора. – прошептал мне Алекс в макушку. Я лишь кивнула в ответ.
- Ханна, верь мне, ладно? Я обещаю, что скоро все закончится.
Я не стала уточнять что именно, но поняла для себя одну маленькую истину. Я верю этому мужчине, своему мужчине. И пусть есть то, чего я не знаю, в скором времени все прояснится. Алекс ушел, а уснуть в эту ночь мне так и не удалось. Я лежала и ощущала его аромат повсюду. Он обволакивал меня, обнимал и защищал.
А утром предстояла встреча с Мартой. Очень не хотелось этого делать, но я надеялась, что удастся выяснить хоть что-то, чтобы помочь найти убийцу отца. Нейтан подвез меня к моему некогда родительскому дому, но я не решалась войти в него одна. Хорошо, что детектив решил меня поддержать. Марта открыла нам дверь недовольная и злая, и сразу же с порога начала кричать мне всякие гадости.
- Я знаю правду, Марта. – произнесла я, и она замерла, неверующе глядя на меня. Но видимо что-то увидела в моем взгляде, потому что в следующий миг отступила назад, давая нам пройти в дом. Родные стены встретили меня молча. Почему-то именно сейчас поняла, насколько несчастна я была в этом доме. Я была счастлива в гараже с отцом, на шхуне, да, где угодно, только не дома. И вот теперь я знаю почему. Женщина, которую я считала своей матерью, чьей любви я всегда добивалась, оказалась мне чужой.