– Спасибо, – смущённо пробормотала Даша.
– Да не за что! – воспитательница улыбнулась и пошла по дорожке.
Даша растерянно смотрела ей вслед, пока она не скрылась за углом здания, а затем уныло побрела в сторону сквера. Немного посидела на их любимой скамеечке, разглядывая редких прохожих. Все спешили по своим делам, и никому до неё не было дела.
Сейчас домой бы вернуться, да Даша не знала дороги назад. Как дойти до детдома – помнила всегда и никогда не забывала, а вот одной возвращаться никогда не решалась – её всегда Нина провожала.
Даша растерянно осмотрелась и наткнулась взглядом на вывеску магазина на первом этаже пятиэтажки. И сразу вспомнила, как ходила сюда с мамой за хлебом и молоком. Где-то неподалёку был их дом. Даша вытерла пальцем неожиданно выкатившуюся слезу и поспешно оглянулась – никто не увидел?
Она медленно шла по улице, крутила головой по сторонам и высматривала знакомые, но уже забытые ориентиры. Но тщетно – всё вокруг было чужим. Тогда она свернула по тропинке во двор, прошла мимо подъездов и площадки, где резвилась детвора. Мальчишки заняли карусель, девочки сидели на качелях, а малыши возились в песочнице или же съезжали с горки под присмотром мам. Даше вдруг захотелось тоже съехать с горки (хотя бы разок!), но она не решилась подойти ближе. Стояла и смотрела, всё больше погружаясь в далёкие и хрупкие воспоминания. Может, она здесь уже была когда-то с мамой? И мама так же, как и та женщина, раскачивала её на качелях и смеялась вместе с ней. Или же помогала подняться по ступенькам и, когда Даша съезжала, уже встречала её внизу с распростёртыми объятиями. Наверное, всё так и было. Только очень давно. И, наверное, всё же не здесь. Но разве это имеет значение – где и когда? Это всего лишь место и время.
Чувствуя, что вот-вот заплачет, Даша вернулась к магазину и зашла внутрь. И здесь всё изменилось. Но магазин точно этот, она не могла перепутать – посреди зала уходили ввысь белые колонны с лепниной, а под самым потолком на неё смотрели, улыбаясь, толстенькие ангелочки. Даша улыбнулась им в ответ, как старым друзьям. А вот здесь, она хорошо помнила, был отдел, где торговали конфетами. Даша с Ниной выпрашивали у родителей мелочь и сразу бежали сюда. Да, это здесь!
– Даша! – неожиданно окликнула её молодая женщина с добродушным полным лицом, стоявшая за прилавком.
Даша не помнила её, но, наверное, они всё же были знакомы – что-то давно заснувшее шевельнулось у неё в душе.
– Иди, иди сюда скорее! – женщина подбежала к ней, отвела за руку к стеллажу с книгами и усадила на стул. Сама же достала из кармана телефон и стала искать номер. – Посиди пока тут, а я пойду что-нибудь тебе куплю. Опять сбежала от Насти? Эх, и отругает она тебя. Что пить будешь: лимонад или сок?
– Сок, – Даша разглядывала продавщицу и пыталась вспомнить, как её зовут.
– Хорошо. Сиди здесь и никуда не уходи. Наташа! – крикнула она куда-то в сторону. – Присмотри за Дашей. Я отойду на минутку.
– Хорошо, – ответил ей звонкий женский голос.
А Даша и не думала уходить. Дом разрушен, никого из знакомых, кроме Нины, нет. Куда ей податься?
Женщина принесла сок и пирожок с картошкой. Тот был такой горячий, что обжигал губы. Не такой вкусный, конечно, как у мамы, но из пышного сдобного теста.
Когда прибежала запыхавшаяся Настя, Даша уже допивала сок.
– Что же мне с тобой делать? – чуть не плакала Настя. Ветровка нараспашку, из кармана выглядывает шёлковый зелёный платок. Лицо раскрасневшееся, злое. – Ты меня с ума сведёшь своими выходками, мама! Ну чего тебе не хватает, куда ты всё время уходишь, зачем? Я не могу с тобой постоянно нянчиться, у меня ведь работа есть, дети! Ну сколько можно!
– Да она вроде давно уже здесь не показывалась, – улыбнулась продавщица.
– Теперь она в других местах бродит. А где – кто её знает? Я ведь стараюсь, всё делаю для неё. А она убегает. И сидеть с ней возможности у меня нет, и в пансионат не могу её сдать, к чужим людям. Дома ведь лучше – там и я, и внуки всё же. Может, всё образуется со временем, – Настя вздохнула. – Ладно. Пойдём домой, мама.
Даша смотрела на них и не понимала, о чём они толкуют. Мыслями она была уже далеко, с подругой детства. Одна она у неё осталась на всём белом свете.
Больше всего Даша хотела бы жить вместе с Ниной в детдоме. Но только её туда не возьмут. У Нины уже никого нет, а у неё есть. Настя. А как это было бы замечательно – всегда быть рядом с подругой. Вместе ходить на репетиции, сидеть за одним столом в столовой, вместе смотреть телевизор. Нина говорила, что телевизор у них стоит в общем зале, а у Даши сейчас есть своя собственная комната. Вот только зачем ей нужна комната с телевизором, куда и не заглядывает почти никто? Даша вздохнула. Она очень надеялась, что однажды Настя приведёт её в детдом и оставит там навсегда.