Крепко прижимая к груди небольшую коробку из-под печенья, я спустилась на скоростном лифте и сразу же прошла в отделение неотложной помощи, надеясь на то, что не опоздала. Отдала ценный груз ребятам, устало села в кресло и молча смотрела, как они осторожно открывают коробку. Вокруг с напряжёнными лицами стояли работники передержки, а в углу, за шкафом, нервно грыз манжету рубашки шеф. Привстав, хотела подойти и доложить о выполненном задании, но он знаком руки дал понять, чтобы я не спешила.
Что же, можно воспользоваться моментом и немного расслабиться, от меня больше ничего не зависело, я сделала всё, что требовалось. Оставалось только ждать.
Напряжение повисло в воздухе. Никто не шевелился, не было слышно даже дыхания. И в этой тишине вдруг раздался писк. Слабый, еле слышный. А затем ещё один, но уже намного громче. Разноголосый шум в считанные мгновения окутал меня со всех сторон.
– Дипка, ты сделала это! – взволнованный голос шефа ворвался мне прямо в ухо. – Ты снова сумела это сделать!
Губы мои непроизвольно растянулись в улыбке, и я даже не попыталась её скрыть, наблюдая, как всё в комнате пришло в движение, ребята поздравляли друг друга и обнимались. На столе, под лампой дневного света, в гнезде из опилок, лежали четыре жёлтых чижика. Они жались друг к другу и испуганно озирались.
Сегодня мне удалось спасти четыре жизни. Неплохо.
– Послушай, Дипка, – шеф похлопал меня по плечу, – я понимаю, что тебе хочется отдохнуть.
– Шеф, не тяните, – перебила я его, – переходите сразу к делу.
– Вот это мне в тебе особенно нравится! – и он плюхнулся в соседнее кресло. – В общем, у нас есть ещё кое-кто, кто попал в беду. Мы несколько раз пытались ему помочь, но ребята не справились, как ни старались. Это сложный случай.
– Так даже интереснее. Не люблю, когда всё просто. Что надо делать?
– Вся информация чуть позже. А сейчас, Дипка, я хочу тебе кое-что показать, – и шеф протянул мне на ладони небольшой, миллиметра три в длину, серебристый цилиндр. – Вот это новейшая разработка отдела спецсредств, девочки два месяца старались, проводили испытания. И теперь она полностью готова к применению. Сейчас тебе введут капсулу в указательный палец.
– В палец? – удивилась я и слегка поморщилась в тот момент, когда игла проткнула кожу.
– Да. Главное, чтобы он ничего не заподозрил. Ты ведь знаешь, что он будет тебе мешать.
– Эка невидаль, – пробурчала я и вздохнула. – Он всегда мешает.
– И всё же, должен предупредить – на этот раз будь с ним поосторожнее. У нас мало времени, не поддавайся ему, будь настойчивее. На кону жизнь, не забывай об этом.
– Я всегда об этом помню. Так как работает ваше изобретение? Как его исполь-зо-о-ва-а-а-ть?
*
– Опять, что ли, заснула? Вставай давай, выходить пора.
За окном вагона медленно приближался переходной мост. Наша станция.
– Да я не спала, просто глаза прикрыла, – зачем-то соврала я мужу.
На улице ярко светлило весеннее солнце, грязный снег таял на глазах, повсюду на дорогах стояли большие лужи. С трудом пробравшись через них, мы перешли через подземный переход, и вышли на рынок. В голове постоянно крутилась мысль, что я упустила что-то важное, но муж всю дорогу бубнил о списке покупок, о всяких мелочах, и мешал сосредоточиться. Мы проскочили прилавки с одеждой, миновали обувные ряды и уткнулись в фургон с яблоками. Муж сразу же пристроился в хвосте очереди, я же со скуки стала глазеть на выстроившихся вдоль дороги продавцов всевозможной живности.
Из картонных коробок и пластмассовых переносок раздавалось мяуканье и поскуливание. Перед ними толпились родители с восторженными детьми. Моё внимание сразу же привлекла старушка в стареньком драповом пальто и цветастом шерстяном платке, в руках она держала худенького серого котёнка – тощего, гладкошёрстного. Был он настолько неказист, что никто даже не смотрел в его сторону.
Я подошла поближе. У ног старушки лежала коробка, в ней альбомный листок с надписью: «отдам в добрые руки». Прохожие не останавливались, спешили дальше по своим делам. За пятнадцать минут, что я простояла рядом, никто не посмотрел на заморыша, всех интересовали пушистые, породистые. Элегантная женщина с девочкой лет восьми приценивалась к вислоухим шотландцам, тщательно их перебирала и осматривала. Было видно, что она намерена приобрести одного из них.
– Женщина, – обратилась к ней старушка, – возьмите котёночка. Хороший, ласковый. Не пожалеете.
Женщина мельком посмотрела на беднягу и отвернулась.
– И зачем только разводят таких уродцев, – злобно бросил за моей спиной какой-то мужчина. – Топила бы сразу. Кто такого возьмёт?