– Нет, я схожу себе за соком. – Отпускаю её, в очередной раз провожая изысканную фигуру взглядом.
Пока Белла делала заказ на баре, ко мне подплыла её подруга, хватаясь рукой за бортик рядом. Для большего понимания стоит сказать, что по всему периметру бассейна были ступеньки разных уровней, и лишь в середине глубина достигала нескольких метров.
Блондинка села рядом, поправляя свои волосы.
– Правда её жених? Мне в это совсем не верится.
– Давно уже. Оба скрывали отношения от друзей. Изабелла не так давно познакомилась с моим другом, я с тобой. – Она окидывает меня взглядом, после чего проводит рукой по моей груди.
– Что ж, господин Амирханов, вам то я точно поверю. Но вы мне очень симпатизируете. Возьмите себе на заметку, если станет вдруг очень скучно с нашей Беллой. – Мелиса возвращается на своё место, а ко мне обратно, но уже с соком в руке, спускается «невеста».
– Ты представляешь, у них закончился яблочный сок. Пришлось взять виноградный.
– Как иронично, Виноградинка. – Я усмехаюсь, усаживая её перед собой. Мы помещаемся на одной ступени, из-за их ширины, поэтому, могу позволить прижимать её к себе за талию.
– Кстати, купальник…такой ты хотел видеть на мне. – Мычу ей в волосы, ощущая, как кровь приливается к члену от её покорности.
– Сегодня тебя снова ждёт жаркая ночь. – Опускаю руку на бедро, слегка сжимая.
– Латиф, может быть, мы не будем говорить об этом в присутствии посторонних? – Её щёки краснеют, от чего снова появляется желание взять её прямо здесь.
– Да ладно, переживу как-нибудь. – Мелиса фыркает, встречая взглядом моих партнёров, которые так же опускаются в воду.
Они начинают говорить с ней, затягивая в долгий разговор, в то время как я наглаживаю свою «жертву».
– Пошли в номер. – Голос хрипит. Не узнаю сам себя.
– Будет некрасиво оставить здесь Мелису и твоих друзей. Лучше подождать вечера. – Изабелла шумно сглатывает.
– Чем дольше я жду наш секс, тем больше зверею. Думаешь, выдержишь этой ночью то, как жёстко буду тебя трахать, привязывая твои руки своим галстуком к кровати, а когда закончу, повторим всё в душе, и ещё пару раз в кровати? М? – Шепчу на ухо, ощущая её сердцебиение.
– Я…должна выдержать.
– Вот и славно. Заранее хочу посочувствовать нашим соседям.
– Латиф, не запугивай меня раньше времени. – Белла это говорит сквозь зубы, а после закусывает губу. Делает это столь сексуально, что я не в силах сдержать себя.
Вода обволакивает нас, делая её тело удивительно гладким и податливым в моих руках. Она смеётся на слова подруги, запрокидывая голову, и капли сверкают на её шее в свете подводной подсветки. Я чувствую, как её смех отдаётся вибрацией в моей собственной груди.
В голове прокручивается прошлый вечер: бесконечные переговоры, напряжённые лица, сухие тосты. Всё это было лишь фоном, шумом, за которым я ждал этой тишины. Этой близости.
Мои пальцы скользят по её мокрой спине, и я думаю о том, как всего через пару часов этот же жест будет означать нечто совершенно иное. Не игра, не намёк, а прямое, ничем не сдерживаемое намерение.
Я смотрю, как капля воды скатывается с её ключицы и исчезает в вырезе купальника, и ловлю себя на мысли, что хочу проследить этот путь своим языком. Без спешки. Сантиметр за сантиметром. Чтобы ни одна часть её кожи не осталась без моего внимания.
Сейчас я должен быть нежен. Держать её как хрустальную вазу. Но внутри закипает что-то первобытное. Воспоминание о том, как она посмотрела на меня за ужином, украдкой, под прикрытием делового разговора — этот взгляд был обещанием. Обещанием, которое я собираюсь выполнить.
Я притягиваю её ближе, чувствуя, как её бёдра касаются моих. Она замолкает, и её дыхание слегка сбивается. Она понимает. Читает мои мысли в моём прикосновении, которое стало твёрже, в моём взгляде, который из игривого превратился в тёмный и сосредоточенный.
«Скоро», — шепчу я ей на ухо, и это даже не слово, а скорее выдох, обет. Скоро не будет никого: ни гостей в этом бассейне, ни деловых партнёров, ни этой воды между нами. Будет только тишина нашей комнаты, запах её кожи, смешанный с моим, и долгая, медленная ночь, где мне не придётся сдерживаться.
Я не отпускаю её, мы снова сидим, как ни в чём не бывало. Но, между нами, теперь натянута невидимая струна предвкушения. Каждая улыбка, каждый случайный взгляд — это её дрожь. И я знаю, что она, как и я, считает минуты до того момента, когда обещание, данное в воде, будет наконец исполнено на суше.
Только если я жду этого с нетерпение, то она наоборот боится, что время начнёт идти быстрее.