— А моей крови ты не хочешь? — парень всю дорогу наблюдал как я пила из стакана.
— Хочешь предложить? Или хочешь почувствовать какого это, когда тебя кусает вампир?
— Просто интересно. Ну так что?
— Если ты предлагаешь, то могу укусить. Я правда давно этого не делала.
Парень немного запаниковал, но не сдался. Мне хотелось его немного припугнуть, поэтому я показала ему клыки.
— Рука или шея? — обычно с этой фразы всегда начинают доноры. Мы припарковались в тени дерева, окна в машине были затемнены, да и людей на улице было не много. Заметить нас никто не мог. Джим повернулся ко мне лицом и протянул руку ладонью вниз. Рукава рубашки уже были закатаны.
— Уверен? — ответом мне был только кивок и запах легкого страха разносящийся по машине, вперемешку с любопытством.
Он неотрывно следил за мной. Я взяла его за руку, провела прохладными руками по пальцам и перевернула руку. Когда я наклонилась чтобы коснуться губами его кисти, его сердце забилось гораздо быстрее. Но руки он не отдернул. Касаясь кожи губами и давая ощутить на ней давление клыков и мое дыхание, я чувствовала, как его рука нагревается. Пульс ускорился настолько, что я уже чувствовала его кожей. Запах страха смешался с запахом возбуждения, когда я провела кончиком языка по его коже. Мне было немного самой страшно. Слишком давно я не пила кровь таким образом. Последний, наверное, был Антон. Клыки прокусили кожу на запястье. Парень издал громкий стон. Вторая рука сжалась в кулак лежа на ноге. Он откинул голову и закрыл глаза. Я сделала всего два небольших глотка, прежде чем отпустить его руку. Он притянул ее поближе к лицу рассматривая небольшие проколы. Когда он хотел приложить руку к кровоточащей ране я перехватила ее. Царапнув язык, я в вернула его руку себе и слизнула проступившую кровь. Ранки сразу затянулись.
— Вытри кровь и пошли обедать, — я передала ему пару салфеток из бардачка.
— И что это было? Почему следы пропали? — он продолжал смотреть на свою руку, где совсем недавно смешалась наша кровь.
— А ты думал, что люди всегда ходят с отметинами на коже?
Мы громко засмеялись.
Пока Джим заказывал себе обед я заказала холодный кофе. Я настояла на том чтобы в его рационе всегда было мясо и овощи. Так обычно кормили доноров в доме отца. Питание должно быть сбалансировано чтобы кровь восстанавливалась быстрее, и не вредить тем самым людям. Пока мы ждали заказ Джим продолжал меня рассматривать.
— Спрашивай если что-то интересно, — по его лицу было видно, что у него много вопросов.
— Сколько тебе лет?
— Восемнадцать, я младше тебя, — парню было девятнадцать. В сентябре будет двадцать.
— Несмотря на твой возраст те вампиры относились к тебе с уважением. Почему? — он задавал довольно интересные вопросы, но на них хотелось ответить.
— Это из-за того, кто мой отец. У нас нет такого понятия как родители или семья. У нас есть опекуны и создатели, их мы и называем отцами, — парень взял из рук официанта тарелку и мне передали кофе, — Мой создатель был очень уважаемым вампиром, но по некоторым причинам, я своим отцом я считаю другого вампира. Пусть мы и не родные по крови, но он очень мне дорог. Как родной отец. Он является главным среди всех вампиров нашего клана. Поэтому меня и уважают. Плюс ко всему я довольно сильна. И это тоже дает дополнительные преимущества.
— А все вампиры могут находиться на солнце?
— Я таких не знаю. Никто не знает, что я могу находиться на солнце. А кто узнал об этом, больше никогда никому не смогут сказать. Я об этом позаботилась. Так что ты тоже будь добр не говорить никому, — у парня с вилки упал кусок мяса.
— Иначе ты меня убьешь? — вилка зависла в воздухе, а сердце пропустило удар.
— Тебя нет, но вампир, узнавший о моем секрете может лишиться головы. А ты будешь тому свидетелем…
— Я понял… — парень продолжил есть.
Когда с основным блюдом было покончено парню принесли десерт.
— А что обычно случается с нормальными вампирами на солнце? — с нормальными…
— Помнишь, когда мы уезжали, нас провожал один вампир, с обожженным лицом? — парень махнул головой, — когда вампир попадает на солнце, его кожа покрывается ожогами за доли секунды. Плавится и оставляет только мясо, если солнце будет дольше воздействовать на кожу, то она сгорит до кости, потом и кость сгорит, и вампир осыплется пеплом. Это равносильно что гореть заживо…
— Кажется я наелся, спасибо, — довольно симпатичный десерт был отложен в сторону.