— Ты любила их? — откровение за откровением исходившие от меня заставили собраться противный ком внутри.
— Не знаю. Не уверена. Я если честно вообще не уверена, что могу любить, — я показала на стакан с кровью, — Иногда я думаю, что в обмен на силу данную мне я потеряла что-то важное внутри себя.
Одним глотком опустошив стакан, я смыла с лица слезы, которые вот-вот норовили скатиться по щекам. Джим продолжал сидеть возле меня. Возможно и в правду я потеряла способность любить, возможно я потеряла все что было во мне человеческого вместе душой, когда открыла глаза, парень продолжал смотреть на меня.
— Меня ты не боишься? — парень коснулся воды в ванной, — прохладная.
— Тебя нет. Не знаю почему, — улыбка вышла грустная, — с тобой как-то легко, что ли.
— Может тогда я смогу помочь тебе? Или в свою постель ты пускаешь только вампиров?
— Нет, — он коснулся моего плеча под водой.
— … — Парень замер на секунду, — я не подойду?
— Не боишься? — рука парня продолжала ласкать мое плече в остывшей воде.
— Что может случиться? — парень явно не видел разницы между обычным сексом и сексом с вампиром.
— Например это? — глаза полыхнули красным одновременно с ними появились клыки, — не страшно?
Я уже чувствовала, как его пульс пустился вперед. Дыхание участилось и расширились глаза. Он вытащил руку из воды, протягивая мне запястье. То, что другой принял бы за страх, я распознала до мельчайших подробностей — это было желание, возбуждение. Отказываться от руки я не стала. Пить мне не хотелось, сейчас было скорее важно знать, как много крови моей крови в его организме, с какой скоростью исцелится рана. Я поняла, что он меня не боится. Но не могла сказать, что я сама себя не боюсь. От длительного отсутствия физического контакта я боялась потерять контроль над собой и причинить ему вред.
Чтобы проверить, мне пришлось прокусить кожу на его руке довольно глубоко. Сделав всего один маленький глоток и слизав остатки крови, я наблюдала за парнем. В тот момент, когда я приблизилась к его руке он закрыл глаза. Комната начала наполняться желанием. С губ парня сорвался стон наслаждения, когда я прокусила кожу. В прошлый раз ему тоже понравилось. Рана зарубцевалась за несколько секунд. Значит крови более чем достаточно, но это не значит, что я могу расслабиться.
Когда я вылезла из воды, мне передали полотенце. Промокнув тело и собрав с него основную влагу, я вышла из воды. Но идти мне было не суждено.
— Пациент должен меньше двигаться, — меня подхватили на руки и отнесли к постели, — вчера я тоже носил тебя на руках.
Несмотря на то, что он не мог постоять за себя, его физическая сила была на высоте, хотя возможно это моя кровь играет с ним. Меня аккуратно положили на кровать, будто я могу рассыпаться. Он расстегивал рубашку и снимал штаны пока я рассматривала его тело. Перед тем как убрать джинсы, из заднего кармана, он достал небольшую коробочку, заботливо положенную на край кровати.
— Ты же понимаешь, что вампиры не могут иметь детей? — не хотелось портить обстановку, но пользоваться презервативами я считала лишним, — и мы не болеем.
— А люди могут, поэтому они у меня есть.
Парень все-таки оставил коробку на тумбочке. Приближался ко мне он медленно. Я уже давно убрала клыки и вернула глазам привычный цвет. Наш первый поцелуй нес вкус кофе. Его губы были очень мягкие. На лице чувствовалась щетина. Она приятно покалывала кожу. Размыкая мои губы своим языком, он настойчиво прокладывал дорогу к моему языку. Проводил по зубам его кончиком, выискивая опасные для него клыки, не находя, снова возвращался к губам. Нужно отдать ему должное, целовался он куда лучше вампиров. Когда ему потребовался очередной вдох, он оторвался от моих губ, проводя носом к мочке уха и вниз по шее. Я чувствовало его сбившееся дыхание. Его горячий язык оставлял мокрый след на моей коже, который следом покрывался мурашками.
Его руки ласкали мое тело. Гладили плечи, совсем как в ванной, ласкали мою грудь. Поцелуи спускались ниже, руки обгоняли. Когда влажный язык коснулся окружности соска, руки уже были между ног. Его зубы даже без клыков доставляли моему изголодавшемуся телу массу удовольствия. Зубы сменялись горячими губами и мокрым языком. Это череда боли и удовольствия не давала сосредоточиться на чем-то одном. Между ног было горячо и мокро, когда в мое тело вошло сразу два пальца. Меня пронзил разряд уже копившегося внизу удовольствия.
Я старалась сдерживать себя, но от нахлынувших на меня эмоций постепенно теряла контроль. Клыки периодически царапали губы, и во рту появился привкус собственной крови. Когда во мне оказалось три пальца, с моих губ сорвался далеко не первый, но очень громкий стон. Джим припал к моим губам, как будто старался выпить его из меня целиком. Его блестящий и мокрый на конце от проступившей смазки член, проник в меня одним резким движением полностью, в тот момент, когда парень почувствовал кровь на моих губах. Он издал звук похожий на рык. Мои ноги уже давно обвили его тело, и отпускать его я была не намерена. Он взял медленный темп. С каждым толчком он проникал в каждую клеточку моего тела. Я чувствовала каждый сантиметр его движущегося в мне тела. Я ловила губами его пульс и капли пота стекающие по плечам. Я чувствовала, как комната наполняется запахом секса и нашей крови, а вместе с этим и мое тело наполняется удовольствием. Мои руки оставляли глубокие царапины на его спине и ягодицах.