— Какого… Это… Было… — он пытался собрать слова в предложение.
— Ты забыл первый разговор со мной? Ты не сможешь мне навредить… — это последствия.
— Черт… — он все-таки попытался сесть, — и чего ты теперь хочешь? Убьешь меня за это?
— Нет. Если я тебя убью, то твоя дочь попадет в клан одна. А так, пока ты жив, у тебя есть возможность остаться с ней навсегда, ну или пока она не повзрослеет, там уж сами разбирайтесь.
— Ты хочешь сказать, что мне ничего не будет за то, что сейчас было? — он вроде бы полностью пришел в себя, осталось только недоумение, — Ты не свернешь мне шею? Не разорвешь глотку? Не выставишь на свет?
Господи, как же мне надоело что все, делают из меня монстра. Как будто я на самом деле настолько жестока. Как будто мне на самом деле нравится, что меня называют Демоном и все прочее… Пришлось экстренно успокаиваться.
— Зачем мне это? Я пытаюсь объяснить тебе, что ваша вера ошибка. Что вы не цари и не боги. Вы не вершина пищевой цепи, — все равно он не понимает меня, это видно по его глазам, — вампиры стоят на одной ступени с людьми, мы равны.
— Ты даже позволишь мне завтра на охоту выйти? — он продолжал меня бесить… А я продолжала злиться…
— Ты специально сейчас меня провоцируешь, — я растерла виски, — ты ведешь себя как ребенок, которому не дали игрушку…
В голове зашумело… Я начинала терять контроль… Комната начинала вспыхивать красным. А вампир продолжал что-то говорить… Мой пульс усилился
— Успокойся, — я с силой надавила на глаза пытаюсь заглушить звук, — Я немного не в себе сейчас…
Он заткнулся и сел. Клыки плясали в такт вспышкам, создавая в голове красивый калейдоскоп картинок. Успокоиться мне удалось только когда я умылась холодной водой.
— Я больше не спрошу ни разу и не стану упоминать возможность твоего присоединения в клан, но для ребенка это будет лучшей возможностью. Ты должен это понимать, она сейчас ведет себя как клановый, даже не смотря на свой возраст. В ней нет жестокости и кровожадности свойственной всем диким или молодым. В ней больше от вампира чем в тебе. Ты как наркоман, зависимый от крови с источника. Она не такая. Она знает меру, и пока эту меру не познаешь ты, вас будет разделять пропасть… а теперь выйди вон и жди заката в комнате.
Комната наконец опустела. Я смогла спокойно сходить в душ и лечь спать. Под тонкими простынями было уютно, хоть и одиноко. Засыпала я уже полностью приведя мысли в порядок, под мерный пульс бьющихся сердечек…
Проснулась я от крика… Просто чудо, что окна в моей комнате были закрыты, иначе пострадал бы ребенок. Солнце еще не село, когда дверь в мою комнату открылась и в нее забежала заплаканная Лиса.
— Там папе плохо, ему больно, и он кричит! Анна помогите пожалуйста… — она запрыгнула на кровать пытаясь меня растормошить.
Когда я бежала в комнату то уже догадывалась о причине. В комнате и коридоре отчетливо пахло жаренным… и пеплом! На полу в тени у открытого окна свернулся вампир, лицо которого было обезображено ожогами. Он бился в агонии, но уже не кричал, только хватал ртом воздух…
— Лиса жди меня в моей комнате пока не позову не выходи! — ребенок скрылся за дверью, — что ты черт возьми творишь?
Я поспешила закрыть окно и погрузить комнату в полумрак. Как под лучи не попал ребёнок я не понимала. Его лицо и руки, все что не было прикрыто одеждой начали покрываться коркой от крови, смешанной с пеплом.
— Ты придурок! Идиот! Что ты творишь! Ты хотел угробить ребенка??? — я вытащила не сопротивляющегося вампира на середину комнаты и разорвала на нем рубашку. Тело на груди тоже было покрыто ожогами, даже несмотря на наличие одежды, правда здесь все было чуть лучше. Узнать в этом куске жаренного мяса Марка было не реально. Он стонал от боли, но уже не кричал. Просто не было сил.
— Просто оставь меня… — он сказал свои слова и отключился…
— Я сама тебя убью, но не позже чем ты мне принесешь пользу! Я не для того сохранила тебе жизнь! — я прокусила себе руку и пустила по комнате силу четко направленную в одну точку заставляя вампира проснуться, — Пей!
Он открыл красные обожженные глаза, горящие снова ненавистью. Но сопротивляться явно не смог. Он пил до тех пор рана не затянулась. Когда я все же убрала руки то увидела, как его кожа рубцуется прямо на глазах. Такими темпами она нарастет уже через пару часов. Меня уже саму перестала удивлять моя сила. Я отвесила ему пощечину, от силы удара его голова дернулась, а на тонкой коже появилась кровь от ногтей.
Я вышла из комнаты чтобы успокоить расстроенного и напуганного ребенка. Лису я нашла сидящей в комнате на полу возле кровати. Она обхватила своими тонкими ручками свое тело и плакала.