— Не плачь, с папой все в порядке… — я села рядом и прижала ее к себе, — папа поправится. Он придет к тебе через несколько минут, он больше не будет так пугать тебя, все хорошо.
Девочка прижалась ко мне, она плакала еще очень долго, пока в комнату не постучали. Это был человек.
— Извините у вас было слишком шумно, у вас все в порядке? — молодой парень еще стоял за дверью.
— Лиса, ты голодна? — девочка махнула головой, — тогда вытри слезы и пусти человека в номер. Только не забудь то чему я тебя учила…
Девочка запустила парня ко мне в комнату и закрыла дверь. Спустя пару минут парень уже сидел на моей кровати, а ребенок завтракал. Она сказала ему, что она не навредит, и чтобы он не кричал. Она не сказала ему не дергаться. Парень сам сидел спокойно. Она только сказала, что голодна. Когда ее губы коснулись его кожи, а после и клыки, парень немного вздрогнул. Он положил вторую руку на голову ребенку, от этого вздрогнула она. Они так и сидели, девочка, держащая парня за рука, и парень гладивший ее по голове.
Я наблюдала за ними и наслаждалась теплыми эмоциями, разливавшимися по комнате. Парню было на вид не больше двадцати. Он не отрывая глаз наблюдал за ребенком перед собой. Лиса наслаждалась его касаниями и кровью. Она наконец-то успокоилась, и это было самое главное… От картины передо мной на глаза навернулись слезы… Что будет дольше с этим ребенком. Она навсегда заточена в тело маленькой девочки. Как она будет жить дальше? Сейчас она еще ребенок, но как изменится ее жизнь через пару лет? Через десять лет? Как она будет жить? Даже будучи в клане скорее всего к ней будут всегда относиться как к ребенку. Она всегда будет чье-то дочерью, даже когда Марка не будет рядом, даже через сотню лет…
Мысли в моей голове привели меня к моим детям. Что станет с ними? Сейчас пока они не появились на свет, никто не сможет сказать мне кто они. Понадобится ли им кровь после рождения? Если да, то чья — кровь вампира или человека? А как быть если им понадобится материнское молоко… Смогу ли я быть с ними, когда они вырастут? Как объяснить, что я не старею и не меняюсь… что я пью кровь… Как объяснить, что их отец никогда не сможет прогуляться с ними под светом солнца? И стоит ли вообще все это им объяснять? Стану ли я для них хорошей матерью? Сейчас, ответов нет, да и появятся они не раньше, чем несколько месяцев. Когда мои дети появятся на свет я смогу решить все вопросы. Сейчас для этого не лучшее время. Сейчас нужно думать о настоящем…
При первых намеках, что пульс парня замедляется Лиса сама отпустила руку. Рядом не было ее рюкзака чтобы стереть кровь, отчего она впала в замешательство и посмотрела на меня.
— Ванна, пусть просто смоет кровь, — девочка сказала парню, — не забудь…
— Стереть память и сказать спасибо. Я помню, — про спасибо я никогда ей не говорила.
Когда парень покинул комнату, Лиса уже полностью пришла в себя.
— Ну что, пойдем папу проведаем?
Когда мы вошли в комнату вампир все еще лежал на полу. Его рубашка была разорвана. Кожа на груди была розовая, но следов ожогов уже не носила. Лицо тоже пришло в норму. Кое где были видны еще рубцы, но от этого он уже сам избавится. Лиса продолжала держаться за меня. К отцу она боялась подойти. Он сел, когда заметил, что не один в комнате. Девочка сама достала из сумки пакет и спустя минуту подала отцу полный стакан крови.
— Значит все действительно так… — он держал в руке холодный стакан, — прости меня солнце мое…
Стакан опустел. Девочка пошла снова за кровью. Когда второй стакан был передан отцу, она снова прижалась ко мне.
— Анна, а папа поправится? — девочка подняла на меня глаза полные слез, снова.
— Твой папа сильный вампир, — я присела чтобы ребенку не пришлось смотреть на меня снизу-вверх, — глупый, бестолковый, упёртый, но сильный. Он поправится уже к закату. Так что не переживай. Беги пока поспи в моей комнате, а мы поговорим с папой.
Я потрепала девочку по голове, и она убежала. Я села на кресло. Вампир продолжал сидеть на полу со стаканом.
— А теперь объясни, что это было? Ты хотел убить себя на глазах ребенка? — я не была уже зла, сейчас я просто не понимала, чего он добивался.
— Я просто понял, что не смогу быть с ней. Вчера ты сама сказала, что между нами пропасть. Она вольется в твой клан. Я не смогу. Я стараюсь, но это, — он повернул кровь в руке, — это не мое. Я не смогу так жить. Это меня убьет… Я слишком долго жил по правилам своего клана, для которого сейчас я мертв, чтобы так легко перейти на твою сторону.
Вампир встал с пола и направился в мою сторону. Стакан с кровью был поставлен на стол. А вампир встал на колени передо мной. Он опустил голову глядя в пол.