Ее никогда не открывали постороннему взору, но сведения всё равно просачивались за пределы планеты. Что это было? Знали только члены императорской семьи. Говорили, что в артефакте, который под усиленной охраной перенесли в древний храм, хранилась кровь родоначальника династии, но так ли это – даже приближенные не могли сказать точно.
Однако таинственность реликвии и то, как тщательно ее охраняют, говорило о большой ценности. А утеря ее вела к ритуальному самоубийству хранителя, и это добавляло тайне мрачный ореол, будораживший посвященные умы. Но правящий род умел хранить свои секреты, Бьяр не был исключением. И за то император благоволил молодому наместнику.
В остальное же время, принц оставался обычным мужчиной, не чуждым светской жизни. А еще он любил женщин. Это не было похотью, Бьяр оказался романтиком. Однако увлекался он не так уж и часто. Связи были, но вот влюбить его в себя было не так просто. А сейчас он был влюблен. И тем, кто знал его, это было видно невооруженным глазом. Впрочем, пока это не угрожало чистоте крови, на интрижки принца смотрели сквозь пальцы, голову на плечах он имел.
Бьяр и сейчас не собирался нарушать законов Суоре, однако девушка явно вскружила ему голову. Она была землянкой, оказалась хорошо воспитана, легкого нрава и, кажется, сама была увлечена его высочеством не на шутку. А еще она была дочерью какого-то вельможи, но старалась избегать разговоров о своей семье, желая быть всего лишь женщиной, а не персоной, чей родитель был приближен императором Земли.
Встреча была случайной, но она впечатлила принца, и он не упустил незнакомку. Узнал, где она остановилась, и сбегал на свидания, как зеленый юнец. Впрочем, служба охраны никогда не оставляла его высочество, даже если он отказывался от сопровождения – бодигарды всегда были где-то неподалеку. Они скрывались от взора Бьяра и его дамы, не желая нарушать их уединения. А еще чуть погодя принц предложил своей пассии стать гостьей в его дворце. Она отказывать не стала.
Марианна Робертино оказалась простой девушкой, лишенной наглости. Не пыталась попасть на половину принца, не показывала какой-то своей особой роли в его жизни. За ту неделю, что она жила в гостевой части дворца, землянка и вела себя, как гостья. Она передвигалась по жилищу принца только в его сопровождении, рассматривая то, что ей готовы были показать, в остальное же время гуляла по городу.
Вместе с Марианной во дворец прибыла и ее прислуга: камеристка и водитель. Эти двое, как и их хозяйка никуда свой нос не совали. Они находились рядом с госпожой Робертино, если, конечно, она не проводила время с его высочеством. Камеристка – молодая темноволосая женщина, была улыбчивой особой. Легко шла контакт с тем, кто хотел с ней пообщаться. Однако сплетницей не была и узнать от нее секреты хозяйки оказалось невозможно. Как и от водителя.
Этот рыжеволосый мужчина с миндалевидными зелеными глазами вообще был молчалив. Поговорить мог, но больше слушал, чем говорил сам. А еще он был подозрителен, и даже когда Марианна встречалась с принцем, смотрел на его высочество тяжелым взглядом. Впрочем, заметив, что за ним наблюдают, отворачивался и принимал равнодушный вид. Без своего водителя госпожа Робертино дворца не покидала, если, конечно, не отправлялась на прогулку с Бьяром.
И чем больше времени проходило, тем чаще становились встречи землянки и принца. Если первое время Бьяр приглашал Марианну на свидание, когда был свободен, то с момент ее переезда во дворец, они проводили вместе все вечера. Его высочество тянуло к его гостье, и в последние два дня он встречался с ней не только после заверения своих дел.
Вот и сейчас они прогуливались по парку, разбитому на дворцовой территории, когда еще не минула и первая половина дня. Бьяр держал девушку за руку. Они о чем-то непринужденно разговаривали, иногда смеялись какой-нибудь шутке. Звонкие переливы женского смеха смешивались с плеском хрустально-чистых струй в изящных фонтанах, и принц не сводил с очаровательного личика Марианны горящего взгляда.
Телохранители, как обычно, следовали за его высочеством незаметные за буйной, но ухоженной растительностью, не мешая его высочеству отдыхать и развлекаться. А немного в стороне неспешно вышагивал их начальник – седовласый мужчина с невероятными глазами, чью карюю радужку заливала всё более разрастающаяся бордовая окантовка. Такие глаза говорили о том, что в роду у мужчины были представители еще одной планеты, входившей в Альянс, – Дагвера. Он немного сутулился, и казалось, что мужчине уже немало лет. Это ощущение усиливала и его худоба, однако впечатление было ошибочным. Главе службы охраны его высочества исполнилось всего двадцать пять лет.