Два дня назад она потеряла свой первый зуб. В ту ночь зубная фея, известная также как Кристиан Ривз, положила ей под подушку стодолларовую купюру, на тумбочку - кекс, а у кровати - сделанный на заказ электромобиль Lamborghini Sian с кристаллами Сваровски.
Как Кристиан нашел электромобиль Lamborghini Sian с кристаллами Сваровски менее чем за 12 часов?
Как однажды он сказал, не стоит недооценивать силу American Express.
Этот электромобиль сейчас лежит на дне бассейна, потому что Кэролайн не знала, как его выключить, когда он ей надоел. Она вышла из бассейна и он ушел под воду, на глубину.
Зубная фея еще не знает об этом, а Кэролайн взяла с меня обещание хранить молчание.
После того как Кэролайн хвастается перед мамой зубом, с любопытством смотрит на отца. К моему удивлению, он приседает и мягко улыбается ей. Чтобы разрядить обстановку, приседаю вместе с ними на корточки и легонько касаюсь ее носа.
— Это твой дедушка, - объясняю я. Она моргает, изучая отца, а затем, поскольку она очаровательна и доверчива, покидает объятия матери и идет прямо в его. Отец обнимает ее так, будто впервые в жизни обнимает ребенка, а в его глазах мелькает что-то странное. Оно исчезает так же быстро, как и появилось.
Это было почти похоже на чувство вины.
Кэролайн берет родителей за руки и ведет в кабинет, чтобы показать пазл, над которым она работает вместе с Эдвином. Мы с Кристианом задерживаемся в коридоре. Его руки находятся в переднем кармане толстовки, а на лице играет ухмылка.
— Ты им позвонил, - тихо говорю. Он кивает. — Зачем?
Проводит тыльной стороной ладони по моей щеке, чтобы убрать прядь волос, обрамляющую лицо. Его мягкая улыбка на миллисекунду исчезает, а затем возвращается.
— С тех пор как меня ранили, ты только и делала, что заботилась о нас с Кэролайн. Я хотел, чтобы ты расслабилась на минутку. Знал, что твоя мама не будет возражать против того, чтобы приехать к внучке на несколько дней.
— А отец?
Одаривает меня полусерьезной улыбкой.
— Может, он изменил свое мнение. - Он смотрит в сторону кабинета и усмехается про себя. — Ты видела, как он смотрел на Кэролайн? Этот парень мог бы закончить войну из-за того, какая она милая.
— Она получила это от меня, - слегка поддразниваю, а его улыбка в ответ становится такой яркой, что ее видно из космоса. Запускаю руки в ткань его толстовки, приподнимаюсь на носочки и прижимаюсь к губам мягким поцелуем. — Спасибо, что пригласил их. - Обхватываю пальцами его запястье, пока он сжимает мою челюсть. — Думаю, мне следует протянуть оливковую ветвь.
Кристиан качает головой.
— Он должен извиниться перед тобой. Если не скажет тебе, что сожалеет, просто скажи, и я позабочусь об этом.
Чуть не всхлипываю от ностальгических чувств, вызванных этими словами.
— То, что отец ведет себя как мудак, еще не повод для убийства.
Кристиан облизывает губы, а затем зажимает нижнюю губу между зубами и одаривает фирменной дьявольской улыбкой.
— С тобой не весело, ангел.
Вместе заходим в кабинет и я бросаю на отца взгляд, который безошибочно говорит: «Нам нужно поговорить».
Мы неловко стоим на балконе второго этажа особняка, выходящем на задний двор. Нам хорошо виден океан и надвигающиеся грозовые тучи на горизонте.
Отец роется в кармане и достает сигарету. Беру ее и ломаю пополам, прежде чем отдать обратно.
— На территории дома не курят. Мы не хотим, чтобы рядом с этим была Кэр. Ты бы знал об этом, если бы потрудился встретиться с ней два месяца назад.
Отец смотрит на небо и вздыхает.
— Я сожалею о том, что сказал тебе на Дне благодарения. Это вышло… некрасиво.
— Это не извинение, - говорю, скривив губы, глядя вдаль.
— Мне жаль, - извиняется он, хотя могу сказать, что он процедил это сквозь стиснутые зубы.
— Ты сожалеешь о том, что тебя не было рядом, чтобы проводить меня к алтарю на моей свадьбе?
Он усмехается.
— Это была не свадьба. Ты заслуживала большего, чем пять минут в душном зале суда. Ты заслуживала цветов, первого танца и фаты длиной с Австралию.
— Я не хотела этого, - тихо говорю, наконец посмотрев на него. — Папа... я уже не та девушка, что была пять лет назад или даже шесть месяцев назад. Ты должен это принять. Я прошла через многое за последние несколько месяцев, ты убиваешь себя за то, что не был рядом со мной, но я в порядке. Ты знаешь, почему я в порядке? - Спрашиваю, но не даю ему шанса ответить. — Из-за Кристиана. Его любовь жестока и настойчива, но она сделала меня сильной, папа. Ты мой герой. Ты всегда им был. Но и Кристиан мой герой.
Отец выдыхает.
— Ты тоже его герой. Он рассказал мне. О попытке самоубийства.
Моргаю, а мой позвоночник напрягается.
— Кристиан рассказал тебе... о той ночи, когда мы встретились?
— На Дне благодарения, - подтверждает отец. — Это прекрасно, ты знаешь. История о том, почему он называет тебя ангелом. Напоминает мне о нас с твоей мамой. Как она вытащила меня из самой темной части моей жизни.
В этот момент все начинает обретать смысл, и кажется, что с плеч свалился груз.
— Вот почему он тебе не нравится, - говорю, почти смеясь над тем, насколько это очевидно. — Ты думал, что он представляет для меня опасность. Думал, что я стану одной из его жертв.
Долгую минуту он молчит, глядя на меня.
Внезапно и без предупреждения крепко обнимает меня. Его трясет, будто его переполняют эмоции.
— Мне очень жаль, Элли. Я все исправлю.
Обнимаю его в ответ.
— Обещай, что между нами больше никогда ничего не случится?
Он проводит рукой по моему затылку и делает глубокий вдох.
— Обещаю.
На следующее утро за завтраком не раз замечаю, как отец одаривает Кристиана смертельным взглядом, который говорит о том, что мой муж ему по-прежнему не нравится.
Детские шаги, наверное.
В защиту отца могу сказать, что мы с Кристианом вместе совсем недолго, и вдруг уже женаты и у нас есть ребенок. Могу признать, это странно. В этом нет смысла, но нам с Кристианом всегда было суждено быть вместе. Теперь я это понимаю. Может, моя любовь к нему и не была такой мгновенной, как у него, но после всего, через что мы прошли, знаю, что в душе принадлежу именно ему.
После завтрака Кэролайн ведет моих родителей и Эдвина в кино комнату, где выбирает три диснеевских фильма и объявляет, что никому из них не разрешается уходить, пока они не закончат смотреть их вместе с ней.
Когда все остальные отвлекаются, Кристиан берет меня за руку.
— Хочу тебе кое-что показать, - говорит он, а затем ведет наверх, в библиотеку, и останавливает перед книжной полкой.
— Первое издание 1984 года. Мило.
— Откуда ты знаешь, что это первое издание?
— Потому что ты Кристиан Ривз.
Он хихикает, а потом достает телефон. Открывает приложение, которого я никогда раньше не видела, и показывает экран. Оно запрашивает пароль.
— Твой день рождения. Год, месяц, день, - подсказывает он.
Бросаю на него пристальный взгляд, но ввожу цифры. На экране появляется простая зеленая галочка, а затем я резко отпрыгиваю назад, когда книжный шкаф начинает двигаться, открывая узкую винтовую лестницу.
Поднимаю бровь, смотря на мужа, который просто кивает. Ступаю на лестницу, а он следует за мной. Книжный шкаф закрывается за нами и на лестничной клетке воцаряется почти кромешная тьма.