Забавно качаю головой в сторону.
— Конечно, я займусь этим, - говорю ей, потрепав ее по носу.
Мы с Кристианом договорились, когда удочеряли Кэролайн, что подождем хотя бы год, прежде чем попытаемся завести ребенка, но я не уверена, что год - достаточный срок для меня.
Не потому, что не хочу ребенка, а потому, что не думаю, что эмоционально готова к тому, чтобы мои гениталии тыкали и прощупывали незнакомые люди на протяжении всей беременности.
Секс с Кристианом позволяет мне чувствовать себя в безопасности. Свободно. Его прикосновения успокаивают. Мысль о том, что кто-то еще может приблизиться ко мне, вызывает у меня ледяной страх, и он это знает. В последний раз, когда мы говорили об этом, он пообещал, что будет ждать столько, сколько потребуется, чтобы я была готова.
А что касается Кэролайн? Ну, она всего пару месяцев как стала нашей дочерью, и мы еще не успели объяснить, что, возможно, это не совсем уместный вопрос.
Но когда мы отказывали ей?
Мой ход мыслей прерывают два громких хлопка, доносящиеся из фойе. У меня кровь стынет в жилах. Узнаю звук выстрела, когда слышу его.
Мгновенно бросаюсь к Кэролайн и крепко прижимаю к груди, приседая на пол и запихивая ее в один из больших шкафов под островом.
— Кэр, посмотри на меня, - говорю я, стараясь сохранить спокойный голос. — Мы будем играть в прятки, хорошо? Ты спрячешься прямо здесь, а папа найдет тебя. - Снимаю бриллиантовый браслет с запястья и нажимаю кнопку «тревога», застегивая его на лодыжке. — Не издавай ни звука и не выходи ни для кого, кроме папы. Хорошо?
— Хорошо, мамочка.
Закрываю дверцу шкафа и хватаю маму за руку, когда Гэвин с пистолетом становится между нами и дверью, ведущей в фойе. На несколько долгих секунд становится тихо, а потом я слышу еще один хлопок.
Гэвин падает на пол, хватаясь за плечо. Не похоже, что рана задела что-то жизненно важное, но он легко может истечь кровью.
Я бы нагнулась, чтобы помочь ему, но не могу.
Потому что через всю комнату, направив на нас пистолет, стоит Глушитель.
Я не имею в виду Кристиана, потому что кто бы ни был передо мной, это точно не Кристиан.
Его телосложение не то. Оно какое-то неправильное. Его рост не тот. Могу сказать с другого конца комнаты, что он слишком стар. Его маска неправильная. Его глаза не того оттенка зеленого. Неправильно. Неправильно. Неправильно.
Это человек, который застрелил моего мужа. Уверена в этом на все сто процентов.
— Что вам нужно? - хриплю, пока мы с мамой стоим, вцепившись друг в друга, как в спасательный круг.
— Пойдем со мной. Сейчас же. Или ирландец умрет.
Боже, даже голос у него не тот.
Маска Кристиана тоже слегка изменяет голос, но его голос сексуальный. Этот же звучит как дешевая подделка Дарта Вейдера.
Сердце замирает в горле от необычности этой угрозы. Ирландец. Он угрожает убить Эдвина, а не мою мать, которая стоит рядом со мной.
Кем бы ни был этот человек и каковы бы ни были его мотивы, он пытается заманить Кристиана в ловушку.
И я - приманка.
ГЛАВА 54
ГЛУШИТЕЛЬ
Я не против крови. Никогда не возражал.
Но когда кровь по всему дому и не я ее пролил? Да, это чертовски бесит.
Я должен был догадаться, что дерьмо попадет в вентилятор. В последний раз, когда оставил Елену одну более чем на две гребаные минуты, у нее сработала сигнализация тревоги, и мне пришлось беспомощно наблюдать, как двое мужчин мстят мне, насилуя ее.
И вот снова эта гребаная сигнализация срабатывает и я уже готов сровнять этот город с землей. Если у Елены хоть один волос будет не на своём месте, можно сразу прощаться с остатками самоконтроля.
Когда добираюсь до особняка на земле лежат два охранника. Они истекают кровью от выстрелов в живот. Это большие парни, большие цели. Кто бы ни был человек, пытающийся разрушить мою жизнь, у него чертовски плохая цель. Сначала он не смог нанести смертельный удар из чертовой снайперки военного класса, а теперь даже не может попасть в моих охранников. Они живы, просто без сознания от потери крови.
Проверяю свое устройство слежения. Оно показывает, что Елена находится на кухне. Медленно пробираюсь по дому, внимательно прислушиваясь к голосам, которых здесь быть не должно. Любые звуки борьбы или страха.
Ничего не слышу, пока не дохожу до кухни. Бетани склонилась над Гэвином, прижимая тряпку к тому, что, как я могу предположить, является огнестрельной раной на изгибе его плеча.
Она поворачивает голову и всхлипывает, когда видит меня. Она выглядит испуганной, вообще-то они оба.
И тут меня осеняет. Я совершил большую гребаную ошибку.
Забыл переодеться.
Они смотрят мертвыми глазами в глаза Глушителя.
Черт.
Слишком поздно пытаться исправить это сейчас. Держа пистолет наготове, опускаюсь на колени рядом с Гэвином.
— Где она?
Краем глаза замечаю, как Бетани замахивается на меня сковородкой. Легко ловлю ее запястье. Она пытается вырвать сковороду из моей хватки, но я не отпускаю, пока она ее не роняет. Возвращаю свое внимание к Гэвину.
— Где она? - повторяю, мое терпение опасно истощилось. Когда он ничего не говорит, впадаю в ярость. — Черт! Код Сирень.
Код «Сирень» используется только в чрезвычайных ситуациях, связанных с Еленой или Кэролайн. Мы придумали этот термин, когда я назначил Гэвина их постоянным телохранителем.
На планете есть только два человека, которые это знают.
Гэвин Мирамонтес и Кристиан Ривз.
Гэвин смотрит на меня в полном неверие. Пытается сесть прямо, но его спина неловко прижимается к шкафам, которые теперь покрыты его кровью.
— Он забрал ее.
— Кто?
Сквозь стиснутые зубы он шипит:
— Глушитель.
Сжимаю челюсти.
— Где Кэролайн?
— Что, черт возьми, происходит?! - кричит Бетани, закрывая рот Гэвина рукой.
Гэвин наклоняет голову влево, в сторону шкафов под кухонным островом. Подбегаю к нему и распахиваю дверцу самого большого из них.
Драгоценная Кэролайн испуганно хнычет и сворачивается клубочком в самом углу шкафа.
— Девочка, это я, - воркую, позволяя своей маске упасть на пол. — Это папа.
Кэролайн моргает в замешательстве, но потом расслабляется.
— О, привет, папочка, - говорит она и выползает из шкафа ко мне на руки. Крепко прижимаю ее к груди, и на меня накатывает волна облегчения, когда понимаю, что с ней все в порядке. Из-за плеч Кэролайн смотрю на Бетани и Гэвина.
— Бет...
— Отдай ее мне, - требует Бетани, ее глаза перебегают на Кэролайн. Когда я не двигаюсь с места, ее взгляд и тон становятся угрожающими. — Кристиан, отдай ее мне прямо сейчас.
Как бы ни было больно моей все еще заживающей огнестрельной ране, поднимаюсь на ноги и беру Кэролайн на руки, стараясь держать ее лицом подальше от Гэвина и всей его крови.
Качаю головой.
— Ты заберешь ее.
— Она еще ребенок, Кристиан, - умоляет она, делая шаг ближе.
Делаю шаг назад.
— Она мой ребенок. Я такой, какой есть, из-за твоего мужа, Бет. Ты не имеешь права судить меня.
Бетани отшатывается, будто я только что ударил ее по лицу, потому что знает, что я прав. Делаю глубокий вдох и прижимаюсь щекой к голове Кэролайн.
— Возьми ее, - приказываю, взглядом молчаливо предупреждая, что если она покинет участок с моей дочерью, то я жестоко расчленю ее.
Бетани берет Кэролайн из моих рук и выводит из комнаты. Поднимаю с земли маску и закрепляю на лице.
— Эй, Гэв? - Его глаза переходят на мои. — Помнишь, что ты сказал мне в спортзале после того, как меня подстрелили? О том, что если с Еленой что-то случится, я поступлю гораздо хуже, чем просто уволю тебя?