Я сглатываю комок в горле, и все, что мне хочется сделать, - это плавно опуститься на пол и погибнуть. Он одаривает меня ослепительной, идеально ровной, ярко-белой улыбкой и говорит:
— Это была моя вина.
Его голос прорезает мою решимость, как масло. Я не могу сдержать румянец, который поднимается к моему лицу. Он не просто красив. Он потрясающий. Богоподобный. Его линия челюсти могла бы огранить бриллианты. Волны темно-каштановых волос обрамляют его лицо в стиле «я уложил волосы, но не хочу так выглядеть». Он чисто выбрит, а его глаза такого красивого голубого оттенка, что им позавидовал бы океан. Вся его манера поведения говорит о богатстве. Ухмылка на его лице излучает уверенность. Он высокий. Выше меня на целый фут, а может еще больше, и такой широкий, что я не знаю, как он вписывается в дверной проем.
Он тепло улыбается мне и терпеливо ждет, когда я перестану на него глазеть. В это время Нил Хейден наблюдает за этим крайне неловким взаимодействием. Мои глаза опускаются к груди Кристиана и широко раскрываются, когда я вижу, что столкнулась с ним так сильно, что оставила пятна своего макияжа на лацкане дорогого костюма. Его глаза тоже опускаются на грудь, и он, подавив усмешку, стирает косметику большим пальцем. Понимаю, что одна из его рук все еще крепко лежит на моей, и я неуловимо убираю ладонь из его хватки.
Кристиан смотрит и кивает на букет на моем столе.
— Красивые цветы..., - проводит пальцем по акриловой табличке рядом с вазой. — Елена.
Святое дерьмо. Святое дерьмо.
То, как этот мужчина произнес мое имя, было чистым сексом. Я делаю один маленький шаг назад, чтобы попытаться снять напряжение, скопившееся между ног.
Чего бы я только не отдала, чтобы он снова так произнес мое имя. Как будто это самый красивый звук в мире. Как будто оно покрыто сахаром и полито медом, а он очень любит сладкое.
Я моргаю и смотрю на цветы, растерянность крадет мою способность говорить.
— Спасибо.
Кристиан смотрит на мою сумочку, висящую у меня на плече. Его бровь выгибается дугой.
— Ты уже уходишь из офиса? Сейчас только девять утра понедельника.
— Я... я... больше не работаю здесь, - мое лицо пылает от этого признания. У Кристиана Ривза есть заботы поважнее, чем уже бывший наемный работник, но признаваться генеральному директору в том, что меня только что уволили, все равно неловко.
— Она как раз собиралась уходить, - вмешивается Нил, заставляя Кристиана отвести от меня напряженный взгляд, и я почти благодарю его за это, потому что наконец-то снова могу дышать. — Разве нет?
Я киваю.
— Да, сэр.
Собираюсь уходить, но Кристиан встает на моем пути. Поднимаю на него глаза, и мои брови хмурятся, потому что я, правда, не могу сказать, о чем он думает, судя по его выражению лица.
— Думаю, нам стоит перенести эту дискуссию в ваш кабинет, мистер Хейден, - говорит он Нилу, хотя его глаза прикованы ко мне.
— Нам троим? - спрашивает Нил, приподняв бровь.
— Не думаю, что хочу повторить то, что сказал ранее, - говорит Кристиан, бросая на него угрожающий взгляд, от которого Нил сжимается в своём костюме, а затем ведет нас троих в свой кабинет, и Кристиан по-джентльменски придерживает для меня дверь.
Мне очень хочется, чтобы здание загорелось или чтобы напала Годзилла. Все, что угодно, лишь бы вытащить меня отсюда. Я безмолвно молюсь о том, чтобы Бог спас меня.
Нил занимает место за своим столом, а Кристиан садится в кожаное кресло с низкой спинкой напротив него. Я неловко стою в углу комнаты, а Кристиан поворачивается на своем месте, чтобы одарить меня улыбкой на миллиард долларов.
— Садись, - приказывает он, указывая на кресло рядом с собой и все еще улыбаясь. Мои ноги словно затекли, но я делаю дрожащий вдох и медленно сажусь на такой же стул рядом с ним. Сейчас я нахожусь не на своем месте. Ничтожество начального уровня, с начальником, который только что меня уволил, и генеральным директором, у которого долларов больше, чем звезд в галактике.
Нил хмурится, и мы все сидим в неловком молчании. Наконец он смягчается, когда смотрит на Кристиана.
— Мистер Ривз, не ожидал увидеть вас здесь сегодня. Могу ли я вам чем-то помочь?
— Позвольте мне остановить вас, мистер Хейден, - по тону Кристиана понятно, что мне действительно не следует сейчас находиться в этой комнате. Дверь прямо здесь. Я могла бы сбежать. — Я буду говорить, а вы будете слушать.
Нил кивает Кристиану, чтобы тот продолжал, и выглядит, будто увидел привидение. Он обильно потеет. У Нила огромное эго, но, в конце концов, Кристиан - генеральный директор, и он не рискнет разозлить единственного человека в этой компании, способного поставить его на место.
Кристиан достает из кармана серебряный портсигар и прикуривает одну из сигарет, делает длинную затяжку и выдыхает дым так сильно, что он попадает в лицо Нила, сидящего за столом. — Вы немедленно вновь примете на работу мисс Янг с двойным окладом и всеми положенными работнику льготами.
Устроившись поудобнее в кресле, он терпеливо ждет ответа Нила.
Мой рот широко раскрывается от шока, когда осуждающий взгляд Нила переходит на меня, а затем снова на Кристиана.
— Я понял, в чем дело, - говорит он, переплетая пальцы рук и опираясь локтями на ручки кресла. — Что она рассказала обо мне?
Кристиан поднимает бровь.
— Она мне ничего не рассказывала.
Нил усмехается, почесывая макушку своей блестящей лысины.
— Хотите сказать, что Кристиан Ривз возвращает Элизе Янг ее работу по доброте душевной? Я не вчера родился.
— На что вы намекаете, мистер Хейден? - спросил Кристиан с низким рыком, его тон был таким же ядовитым, как и сигарета между зубами.
— Я просто хочу сказать, что у нее чертовски хороший язык, раз такой человек, как вы, решает ее проблемы, вот и все, - Нил пожимает плечами и подносит кулак ко рту в вульгарном жесте, чтобы было ясно, на что он намекает.
Кристиан смеется, но юмора в этом нет. Он встает, обходит стол Нила, хватает за спину и прижимает его голову щекой к толстому стеклу стола. Нил хнычет, мое дыхание прерывается и я прикрываю рот рукой. Не могу сказать, что мне неприятно наблюдать, как Нил получает по заслугам, но я не знаю, что делать, кроме как держать рот на замке и изо всех сил стараться делать вид, что не вижу, как генеральный директор компании нападает на своего главного адвоката.
Кристиан наклоняется к нему и говорит на ухо, чтобы убедиться, что тот слышит каждое слово. Пепел от сигареты, торчащей у него изо рта, падает на лицо Нила.
— Мистер Хейден, ее зовут Елена. Я никогда с ней не спал. Если этот намек когда-нибудь вырвется из ваших уст, или из этой комнаты, или вы еще хоть раз подумаете об этом, я засуну вам в задницу такой судебный иск, что вы почувствуете вкус бумаги. Вы снова примете ее на работу, и если вы предпримете какие-либо ответные действия, я узнаю, и вы пожалеете об этом. Вам это ясно?
— Вы с ума сошли! - Нил прижался к столу.
— Вызывай полицию, если хочешь. Но я могу создать и сломать твою карьеру. Если ты выведешь меня из себя, то достаточно будет нескольких телефонных звонков, чтобы меньше чем через час ты оказался в черном списке юристов. Если хочешь сохранить свою семизначную зарплату, я предлагаю делать то, что я говорю: держать язык за зубами и начать относиться к мисс Янг с некоторым уважением. Ясно?
Нил кивает головой, опираясь на стекло стола, и Кристиан отпускает его. Я трясусь на своем месте, пока Кристиан садится обратно в кресло, а затем он поворачивается ко мне лицом и улыбается так, как будто ничего не было.