Нуменорец коротко поклонился и эффектно растаял в воздухе.
Артано подумал, что принц Ангмир был лучшим его выбором в свое время. Расторопный, немногословный, неизменно точен в выполнении всех поручений, а в способностях к обучению магии этот смертный вообще не знал себе равных.
Кольца власти, как и обещал когда-то Артано девяти их носителям, давали бессмертие. Правда, оно зависело от существования главного Единого Кольца. А кольцо это Артано, проявивший изрядную невнимательность в бою, имел несчастье потерять.
Между ним и Кольцом существовала магическая связь, Кольцо само по себе было неотъемлемой его частью, поскольку в него Артано вложил немалую долю своей силы и своей сущности. Обладало Кольцо и подобием собственной воли и разума, как ни странно это может прозвучать, когда речь идет о вещи. Оно было привязано к Артано и стремилось никогда не разлучаться с ним, высшим благом для себя почитая красоваться на безымянном пальце его правой руки. Нельзя было назвать его неодушевленным предметом. Душа у Кольца была, в нем жила частичка души самого Артано. И частичка эта, которую он пожелал заключить в Кольцо, была не самой темной и искаженной. Это была та часть, что хранила в себе память обо всех их: Феанаро, Тано, Келебримборе. Когда Кольцо было у него на руке, Артано делался в десятки раз сильнее, его мощь и могущество, где бы он ни был, и что бы ни происходило вокруг, были так велики, что только силою Валар можно было сокрушить его.
Разлученный с Кольцом, Артано по-прежнему оставался Властелином Черной Страны, хозяином Барад-Дура, Повелителем Воинов, назгулов-кольценосцев, легионов темных тварей и людей, живших в Мордоре и принявших его волю, но без него он был лишен той силы, имея которую, мог двигать горами. Его страсть, его магическое очарование, частица изначальной красоты его души были заключены в изящное золотое колечко.
Эта страсть, как обещание любви и блаженства, очаровывала тех, к кому Кольцо попадало в руки. Конечной целью Кольца всегда оставалось — вернуться к своему Господину, но его временный владелец не догадывался об этом, пока оно медленно не разъедало его душу, завладевая ей целиком. А еще Кольцо хорошо умело скрывать до поры свои намерения: оно сужалось или расширялось в зависимости от размера пальцев того, кто владел им, давало носившему его с собой новые жизненные силы, значительно продлевая его век и делая стойким к недугам и хворям. Оно говорило с ним, нашептывая льстивые речи, постепенно сводя с ума. Надеть же кольцо для того, кто носил его при себе, означало — выдать его местонахождение истинному владельцу. Надевший кольцо становился невидимым для окружающих, однако сам продолжал видеть все, даже то, что было скрыто от обычного глаза, не наделенного магией волшебного артефакта.
Одного Артано Кольцо признавало своим Властелином и возлюбленным хозяином. Все остальные не были достойны владеть им.
Когда Артано работал над изменениями в изначально сделанном Келебримбором для своей возлюбленной Кольце, он пожелал сделать так, чтобы в нем оказался и смысл его существования. Ведь жизнь — ничто без всего того, что было им вложено в Единое Кольцо. Смысл его существования на земле был заключен в нем. Не будет Кольца, не станет и его. Умереть окончательно Артано не мог, но он мог лишиться всей силы, как магической, так и жизненной.
«Оно найдет путь» — подумал Артано. Он был убежден, что Кольцо само найдет способ вернуться к нему вскоре. Больше чем на кого-либо, он полагался на Кольцо, на его волю и привязанность. А пока оно оставалось потерянным, Артано решил заняться другими делами.
Прежде всего, было необходимо покинуть осажденную крепость. Он уже точно знал, куда отправится. Его путь лежал в Зеленолесье, во владения сына Орофера. Там он найдет его драгоценную супругу и побеседует с ней с глазу на глаз. Он узнает о кольцах эльдар и многие другие секреты, а потом скормит ее варгам, даже рук марать сам не станет. Она не достойна того, чтобы считаться противником. Что же до ее прекрасного супруга, то Артано решил, что просто убедит его перейти к нему в услужение. Это не составит труда. А когда все Зеленолесье окажется под его контролем, он решит, как действовать, разработает план покорения Лориэна, Имладриса и Линдона.
Оказавшись под утро в комнате, где он держал орофериона, чтобы забрать того с собой, Артано, к своему удивлению, обнаружил ее пустой.
Он тут же дал приказ коменданту крепости — найти! Тот не успел поклониться в знак подчинения, как у той, что была слева, сторожевой башни ворот Удун послышался жуткий протяжный крик — что-то тяжелое полетело вниз со смотровой площадки башни и глухо ударилось о темно-серую безжизненную землю.
====== Эрин-Гален ======
Что-то подсказывало Артано, что нужно немедленно покинуть пределы его оплота, а потому он предпочел без лишних объяснений раствориться в воздухе. Он уже не услышал, как почти сразу вслед за глухим ударом о землю тяжелого нечто, воздух огласил рокочущий, тягучий скрежет медленно отворяющейся створки Черных Врат.
Будучи бестелесным духом, который лишь по желанию, расходуя жизненную энергию и магию, мог принимать зримый, плотский облик, Артано пользовался всеми преимуществами такого положения. Он мог испариться и материализоваться на другом краю земли.
Сейчас он решил, что пришло время перенестись во владения сбежавшего пленника — уж там-то они никуда не денутся от него. Зеленолесье было, ко всему прочему, и самым уединенным и безопасным местом для того, кто желает скрыться.
Сражаться с разъяренными, распаленными жаждой мести за павших товарищей и пылавшими праведным гневом эльфами, смертными и гномами Артано не желал, поскольку, не имея Кольца, не мог быть абсолютно уверен в победе. Опыт научил его, что, даже нося Кольцо на пальце, можно проиграть сражение, как это случилось под стенами Имладриса и при осаде Барад-Дура полками Ар-Фаразона.
Семилетняя передышка была необходима для закладки и строительства небольшой крепости, которую он собирался воздвигнуть на холме Амон Ланк, близ принадлежавшего Ороферу замка на юго-востоке Великого Зеленолесья.
Поисками Кольца он планировал всерьез заняться, как только обоснуется на новом месте. До поры Артано намеревался тайно, в полном уединении, жить на вершине Амон Ланк. Он планировал постепенно собрать новое сильное войско, привлечь черных тварей, что живут в Мглистых Горах, дать им расплодиться, обустроить кузницы, чтобы ковать оружие и амуницию. Впереди было много работы, но Артано не унывал. Что-то поддерживало его, придавая решимости. Он стремился любой ценой осуществить свои планы и видел путь их осуществления, а это уже немало, когда предстоит выполнить сложную задачу.
Все было намного хуже, чем когда Барад-Дур был осажден воинами из Нуменора, ведь теперь у Артано не было его Кольца и прекрасного изначального облика, но чем плотнее сжималось вокруг него кольцо недругов, чем отчаяннее становилось его положение в Средиземье, тем ярче возгорался в его душе огонь ненависти и жажды мести. Этот огонь и придавал ему сил и решимости выстоять в любых испытаниях и преодолеть любые лишения. Даже потеря Кольца, что изготовил когда-то Келебримбор, не смогла сломить его морально. Господствовать, править, управлять этими землями — это была его цель, но цель эта была вторична по сравнению с изначально поставленными им перед самим собой задачами, выполнить которые ему помешали. Тех, кто помешал ему, Артано знал в лицо и поименно, это не были абстрактные обстоятельства, превратности судьбы или Высшие Силы. Не Валар, нет, — обычные эльфы и полукровки. Они отняли у него Келебримбора, отняли надежду на счастье, а все, что произошло потом, было лишь следствием этой невосполнимой потери. Все, случившееся за этим, меркло пред ней.
Артано ведь был достоин любви. Он даже не мог решить, что хуже — то, что сделал с ним Мелькор, или то, что сделал Келебримбор. Мелькор совратил его, соблазнив еще совсем юного и несмышленого Артано, не любил, использовал, как и где мог. А Келебримбор отверг любящего его — сильного, умелого, талантливого и прекрасного собой майа, который предлагал ему владычество над всеми эльфами Арды.