— Нужно разделиться, — сказал Морьо, обращаясь к метавшимся в коридоре братьям, — Я проверю двери слева, а вы займитесь теми, что справа, — и, не дожидаясь ответа, он толкнул первую дверь вдоль левой стены коридора.
Дворец Владыки Дориата был огромен и представлял из себя лабиринт, вытесанный в скале трудолюбивыми казар. Если не знать расположения комнат и залов, или не иметь при себе плана внутреннего устройства дворца, то блуждать по его бесчисленным покоям и переходам можно было бесконечно. Поистине это был дворец с тысячей пещер.
Оказавшись в небольшой, тускло освещенной единственной настенной лампой комнате, судя по всему, служившей чем-то вроде караульной для стражей, что несли службу здесь, на этом рубеже обороны, Карантир огляделся и острым зрением различил в темном углу несколько бутылей с вином. На грубо обработанной каменной столешнице широкого стола стояло несколько стаканов, в которых виднелась недопитая стражами Дориата, казавшаяся при этом освещении черно-бурой, жидкость.
Карантира не удивляло то, что они встретили так мало воинов противника, ворвавшись во внутренние переходы дворца. С каменными массивными внешними воротами, охраняемыми жалким отрядом синдар, пришлось повозиться, но и они поддались, когда был применен таран со стальными дробилами — изобретение Курво.
Он отчетливо слышал звуки громкой музыки и топот танцующих — лучшего момента для нападения нельзя было выдумать, почти все обитатели и гости дворца находились, в момент их появления здесь, в главной зале, в самом сердце королевских чертогов. До этой залы им еще предстояло добраться, а пока они занимались тем, что обыскивали покои приближенных Владыки Диора в поисках сильмарила, который мог быть спрятан или же просто лежать в самом неожиданном месте.
Теперь Карантир напряженно вглядывался в стоявшие на полках шлемы, сваленные в углу короткие копья стражей и развешанные по стенам мечи и кинжалы непривычной формы, размышляя, как поступить дальше, чтобы не терять понапрасну время, бегая среди бесконечных коридоров и комнат этого каменного склепа. Самым легким решением представлялось захватить живым какого-нибудь стража и выяснить у него, где Владыка держит свое драгоценное «Наугламир», а заодно уточнить и местонахождение самого Владыки Тысячи Пещер, чтобы засвидетельствовать ему их почтение, хорошенько отблагодарив за теплый прием и оказанное гостеприимство.
Он уже собирался покинуть караульную, но решил налить себе вина и подошел к дальнему затемненному углу, где стояли на сыром полу еще не откупоренные бутылки. Когда Карантир нагнулся за одной из них, дверь на противоположном конце комнаты, которую он в полутьме даже не заметил, резко отворилась и тут же захлопнулась — в караульную вбежал страж синда в легких стальных доспехах и шлеме. По резкости его движений и учащенному дыханию было понятно, что его преследовали. Карантир пантерой прыгнул на него, и, сбив с ног, навалившись, занес над головой серого гвардейца один из своих кинжалов.
Тэран-Дуиль потянул резную ручку ближайшей к нему двери. За дверью оказался почти такой же широкий освещенный коридор. Подумав, что наугрим сотворили в этих пещерах воистину жуткую неразбериху, прорубив все эти коридоры и комнаты, Лис двинулся вдоль нового коридора, как вдруг дверь, находившаяся в глубине его, распахнулась, и ему навстречу выскочили двое. Отвратительные драконьи маски закрывали полностью их лица, а в глазницах угрожающе поблескивали красные огоньки. Доспехи на воинах были одинаковые — поверх черных шерстяных обтягивающих рубашек и таких же черных штанов были надеты легкие длинные кольчуги, на которые ремнями крепились стальные, сверкавшие в свете ламп нагрудники, наплечники с режущими зазубренными краями и наручи с острыми шипами. На широких поясах неизвестных врагов были прицеплены кинжалы и ножны для парных сабельных мечей, которые блестели в их руках. На ногах у них были черные сапоги с коваными носами, а кисти рук закрывали стальные перчатки. Лису бросилось в глаза, что маски и доспехи обоих были забрызганы кровью, это придавало им еще более свирепый и пугающий вид. Мгновение Лис и неожиданно появившиеся на его пути двое неотличимых один от другого воинов, замерев, смотрели друг на друга, как один из них, то ли рыкнул, то ли крикнул что-то неразборчивое и оба как по команде бросились на Лиса.
Впервые в жизни сын Орофера ощутил подобный страх от встречи лицом к лицу с жестоким и крайне опасным противником в лице двоих маскированных воинов эльдар. Он резко развернулся и побежал во весь дух по коридору, не разбирая, куда бежит, чувствуя затылком, что они стремительно нагоняют его и вот-вот схватят и разрежут на куски. Они неслись за ним, крича что-то ему вслед, гнали его, словно лесную дичь, свистя рассекавшими воздух мечами. Инстинкт самосохранения и испытываемый первобытный ужас перед драконьими головами заставили его позабыть обо всем на свете, включая навыки прекрасно обученного воина. Лис рывком, не заботясь о производимом им шуме отворил первую, встретившуюся на его пути, дверь, протиснулся в узкий едва освещенный коридор, по необработанным стенам которого тонкими струями текла вода, и, раздирая незащищенные доспехами рукава куртки, устремился вперед, вглубь сужающегося прохода. Наконец, весь исцарапанный и больно ударивший левую коленку, тяжело дышавший от пережитого ужаса и погони, Лис добрался до конца этой узкой пещеры и ввалился в бывшее за ней помещение, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Не успел он понять, где находится, как ощутил себя лежащим на полу. Прямо перед собой он увидел ужасную драконью маску с красными огоньками в глазницах и зажмурился. Кто-то навалился на него, придавливая своим весом, не позволяя двинуться.
— Ты? — услышал Лис над головой хриплый грозный голос, доносившийся из-за маски-шлема и искажаемый им.
— Кто ты? — Лис все еще не смел открыть глаза, ему казалось, что напавшие на них были демонами, наподобие барголов, посланными Морготом, сокрушить и без того ослабленный, обескровленный Дориат. И сейчас он, Тэран-Дуиль, говорил с одним из этих ужасающих своей личиной и жестокостью демонов.
Лис ощутил как его схватили за горло холодной железной рукой и потянули вверх, поставив таким образом на ноги. Он стоял, пошатываясь, пытаясь нащупать рукоять кинжала или одного из мечей-близнецов.
— Даже не думай, — услышал он угрожающе-металлический голос маски над самым ухом. Его противник был чуть выше его ростом и шире в плечах. Теперь Лис уже отчетливо разобрал, что перед ним эльда. Он не мог понять только, почему он медлит с расправой над ним, — Значит, так ты чтишь данные тобой обеты, серый щенок? — спросил его мучитель, сжимая пальцы на его горле.
— Что? — задушенным голосом попытался ответить Лис, — Не понимаю, какие обеты? — Лис схватился руками за стальной наруч на мертвой хваткой державшей его за горло руке, и шипы на нем вонзились ему в ладонь.
— Сейчас поймешь…родич, — прошипел воин, сдирая с себя маску, а затем и шлем.
— Лорд Карантир… — прошептал Лис, мгновенно сообразивший, кто были напавшие на них воины эльдар и зачем они пришли сюда. Одно мгновение он глядел на Лорда голодрим широко раскрытыми прозрачными зеленовато-голубыми глазами. Тот тоже не сводил с него своих холодных, как глубины океана, сине-серых прищуренных глаз.
— У меня к тебе личный счет, сын Орофера, — проговорил голдо, не ослабляя хватки на горле Лиса.
— Мирионэль… что с ней?! — Лиса бросило в жар от, поразившей его как молния, мысли, что дочь князя изгнанников могла погибнуть при Нирнаэт. В это же мгновение Лис ощутил как его волосы схватили сзади и теперь наматывали на руку, вынуждая запрокинуть голову еще сильнее. Он зашипел от боли.