– Но почему?
– Ты женская особь.
Меня передернуло от такого нелестного обращения.
– И что?
– Брат, – Лилай положил руку Эмилису на плечо, – давай я сам.
Эмилис раздраженно кивает и отходит в другой конец бара, где рассредоточились остальные обращенные.
– Ничего не понимаю…
– Понимаю твое смятение, – Лилай ободряющее улыбается, – я сейчас поясню.
Краем глаза замечаю, как Эмилис раздает команды обращенным, судя по всему для контроля над территорией.
– Итак. Океан сотворил нас, чисторожденных, – Лилай показывает на себя и Эмилиса. – Но не только мужчин. Так же были созданы и женщины. Равновесие должно быть соблюдено. – Он отстраненно смотрит куда-то в сторону, – но произошел раскол. Мы не смогли сохранить равновесие и Еми оскорбились, они откололись от нас, начав войну полов. Мужские особи против женских.
– На что они оскорбились?
– Мы лишили их голоса, – Лилай вздохнул, – равноправия, как такого, не осталось. Мужчины ценились выше.
– И сколько всего вас было? То есть…
– Изначальная популяция чисторожденных была двадцать особей. Десять мужчин и десять женщин. Но мы стали обращать других, и популяция резко возросла. И океан отнял у нас способность обращать противоположный пол, чтобы сохранить равновесие, которое уже тогда было на грани. Но и это не помогло. Сильнейшие океана вместо того чтобы объединиться, раскололись и боролись друг с другом.
С открытым ртом смотрю на Лилая, что все так же отстраненного смотрит куда-то в сторону.
– Сразу хочу сказать, что в расколе участвовали не все. Не все хотели войны. К тому же, чисторожденного невозможно убить.
– Как это? Совсем? А что на счет равновесия?
– Равновесие в этом плане не играло роли. Мы должны были охранять океан, быть его целителями и защитниками, а вместо этого стали бороться друг с другом.
Не зная, что на такое ответить я молча пялюсь на него. Лилай разочарованно вздыхает, его голос дрогнул, когда он сказал:
– Я должен был сделать что-то. Моя единственная задача - охрана океана. Я должен был следить за экосистемой и исцелять больные виды… И что вместо этого вышло? Попал в ловушку, а теперь океан в таком упадке…
Хочу положить руку ему на плечо, поддерживая, но почему-то мне кажется это плохой идеей. Он говорит, что должен быть сохранять экосистему океана. То есть..?
– То есть ты ученый?
– Да, – он поднимает голову, его глаза блеснули, – и позволь заметить - просто отменный.
– Тогда у тебя точно получится спасти океан.
– Я знаю, просто для этого потребуется больше времени. – Он встал и хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. – Итак, надо найти место для ночлега. Натали в приоритете.
Эмилис что-то сказал охране, те поочередно вышли из бара. По спине пробежал холодок.
– То есть Валериа хочет меня убить?
– Я бы не стал истощать столь юный ум такими вопросами, тебе нужно отдохнуть, – Лилай бережно взял меня за запястье увлекая за собой на выход.
Порыв прохладного ветра всколыхнул волосы и затрепетал рубашку, я молча шла за Лилаем, следовавшего за Эмилисом и остальными. Гуськом мы подошли к домику с деревянной вывеской, на коей буквы разобрать было невозможно.
Эмилис отворил дверь и пропустил нас внутрь. Мы оказались в маленькой прихожей то ли гостиницы, то ли небольшого хостела. Пара уютных диванчиков стояли у правой стены, а у левой высилась деревянная стойка ресепшена. Не могу не обратить внимание на то, что все стены были украшены засохшими цветами. Сама себя не помня, протягиваю руку к одному из них, обламывая хрупкий лепесток. Отдергиваю руку, понимая, что натворила.
Похоже моя выходка осталась незамеченной, охрана распределилась по периметру, открывая все попадавшиеся им на глаза двери. Эмилис же, подойдя к ресепшену, разглядывал деревянный ящик с ключами. Вокруг кроме нас не было ни души.
– А где все? – пустота этого места начинала не на шутку настораживать.
– Здесь только мы, – легко уходя от ответа процедил Эмилис, протягивая мне ключ от комнаты. – Иди, тебе надо отдохнуть.
Бросаю беспомощный взгляд на Лилая, хоть его лицо и оставалось серьезным, в глазах заплясали смешинки.
– Мягкой ночи, – говорит он, сдерживая улыбку. – Хороших сновидений.
Несмотря на его дружелюбность, все же хочется огрызнуться, но решаю не делать это. Молча выхватываю ключ у Эмилиса и не сказав ни слова, следую вместе с охраной по темной щербатой лестнице наверх.