– Просто я уже не знаю, что к чему.
– Эй, – он обошел стол и взял меня за подбородок. – Все хорошо.
Улыбаюсь, он так уверен в своих словах. И совсем не кажется загипнотизированным. Можно же это проверить..? Надо попросить его сделать что-то… Что-то неоднозначное, чтобы точно понять, что он под гипнозом. Но что? Это должно быть безопасно, чтобы не получилось как с Дейвом…
– О чем думаешь?
– Ээ-э… – А что, если он не под гипнозом, а я заново его загипнотизирую? Нет, так не пойдет. Сначала нужно понять, как это работает. – Ни о чем.
– Мне пора в офис, – он взял телефон со стола, – сегодня мы должны доделать программное обеспечение.
– Хорошо. – Встаю, чтобы проводить его. У двери он разворачивается и обнимает меня за талию.
– Я отлично провел время, – он слегка замялся, – мне кажется, я начинаю в тебя влюбляться…
– Тебе кажется? – я усмехнулась, но увидев его робкую улыбку исправляюсь, – кажется, я тоже.
– Отлично, – он нежно целует меня и выходит из дома.
Закрываю за ним дверь и убираю остывший завтрак со стола. Говорит, что влюбляется. Внутри теплеет, но лишь на секунду. Это его чувства или я хочу, чтобы он так чувствовал? Как же это понять?
Оборачиваюсь к листкам, сушившимся в гостиной, странно, что он не обратил на них внимания. Надо позвонить Шону, мы же хотели почитать с ним вместе. Если он не занят теми блондинками. Раздосадовано улыбаюсь и ищу его номер в телефоне – безрезультатно. Придется идти за ним в бар?
Раздается стук, я подбегаю к двери и отворяю ее.
– Герой-любовник ушел? – Шон стоял, опершись на дверной косяк. Даже в такую рань он был одет как с иголочки, а его прическа стояла волосок к волоску.
– Заходи, – игнорирую его реплику и открываю дверь шире.
Он осматривает меня с головы до ног и заходит в дом. Стоило, наверное, сначала одеться нормально, а потом открывать дверь.
– Я сейчас. – Убегаю в спальню и быстро переодеваюсь в майку и шорты.
– До этого мне нравилось больше, – он ухмыльнулся. – Где записи?
Указываю на записи, разложенные на полотенце.
– Они высохли?
– Я не проверяла.
– Ну да, откуда у тебя время на это.
Вздыхаю и хочу уже сказать что-то в ответ, но принимаю решение проигнорировать и это.
– Давай посмотрим, что там.
Следующие полчаса мы провели, сортируя записи. Листки чуть ли не крошились, поэтому это занимало еще больше времени.
– Видишь, что-то полезное? – спрашивает Шон, переворачивая очередную страницу.
– Это бортовой журнал, тут по большей части лишь заметки о перемещениях, – я вздыхаю и переворачиваю еще один лист. – Смотри!
На этом листке не было бортовых записей, а лишь одно предложение: «операция Атлантида. Судно №9».
– Что это значит? – наклоняюсь чтобы рассмотреть запись. – Это другой почерк.
– Дай посмотрю, – Шон вырывает из рук журнал, проигнорировав мой недовольный вздох. – И правда. Тебе это о чем-то говорит?
– Ну, судя по мифам, Атлантида – остров государство, ушедшее под воду.
– Это я тоже знаю.
– А судно номер девять? – я отобрала журнал у Шона и перевернула страницу. Ничего.
– Думаешь было девять кораблей?
– Не знаю, – аккуратно листаю страницы в надежде найти еще хоть что-то. На последней странице аккуратно было выведено: «№9 уничтожен». – Смотри.
– И правда. Наверное, это номер судна, на котором мы были.
– То есть, затоплено еще как минимум восемь кораблей?
– Честно говоря, я не имею и малейшего понятия. – Он провел рукой по волосам, немного растрепав идеальную прическу. – А почему ты думаешь, что они затоплены?
– Я предполагаю, из-за названия. Атлантида была затоплена? Ну, по мифам. Значит и эти корабли гипотетически могут быть затоплены, верно?
– Логично. – Шон отодвинулся чтобы достать личный дневник капитана. – Кажется, я видел какую-то запись о других кораблях.
Он склонился над дневником, тщательно просматривая каждую страницу. Один темный локон упал ему на глаза, он быстро смахнул его назад и поднял на меня глаза.
– Ты что так смотришь?
Я быстро опустила взгляд на дневник в его руках.
– Слежу, чтобы ты ничего не испортил.
Он неопределенно хмыкает, и открывает, видимо, нужную ему страницу.
– Вот смотри, – он протягивает мне дневник. Аккуратно, не касаясь его, забираю рукопись.
«Мы плывем уже два дня, остальные корабли о.А. уже должны находится на своих точках. Скоро все будет сделано, и мы сможем спокойно жить дальше».