Выхожу в гостиную и открываю ноутбук. Найти ее было несложно, Дейв – сын высокопоставленного чиновника, поэтому пресса с радостью растащила эту ситуацию на миллион историй. Нахожу подходящую с указанием его места пребывания: «Психиатрическая больница Форт–Дейви». Часы приема: будни: 10-5; выходные: 12-4. Адрес…
Смотрю на часы, сейчас глубокая ночь, ну или раннее утро, в любом случае посетить больницу сейчас у меня нет возможности. Но, наверное, стоило бы съездить туда. Хотя бы справиться об его здоровье. Да, точно. Я просто съезжу туда, посмотреть, как он.
С этими мыслями я ложусь обратно в кровать. Но сон не идет. Который раз встаю и поправляю постельное белье, что комом сворачивается из-за моих метаний. Вздыхаю и присаживаюсь на край кровати. Это больше невозможно терпеть. Почему меня так терзает чувство вины?
Усмехаюсь. Наверное, потому что он там из-за меня. Из-за того, что я не контролирую свои способности он и другие люди пострадали. Это моя вина. Пусть он и был чудовищем, это совсем не значит, что я тоже хочу им быть. Решительно поднимаюсь с осознанием, что сидеть дома больше не в силах.
Глава 23. Гипноз не вечен.
Я попросила водителя не доезжать до ворот, а высадить меня раньше, у жуткого нежилого дома. Это, наверное, выглядело еще подозрительнее, чем если бы я вышла у психбольницы. Таксист ничего не сказал, но кажется, ему так и хотелось покрутить пальцем у виска. Он уехал, лишив меня самого яркого источника освещения - его фар. Пришлось немного подождать, пока глаза не привыкнут к полутьме. За спиной в мертвой тишине покоился жуткий дом, а вдали виднелся заезд для машин. Сейчас он был закрыт из-за позднего часа, но калитка была отворена.
Сзади что-то скрипнуло, и я как ошпаренная ринулась вперед. Да, истории про жуткий дом были всего лишь историями, но мне хватило кошмаров в детстве. Отойдя на безопасное расстояние, все же решаюсь обернуться, в окнах не горел свет, а вместо двери зияла черная дыра. Да, все так же, как и раньше.
Этот дом никто не хотел покупать из-за непосредственной близости с психбольницей и теперь он считался заброшенным. Только каждый раз, когда его приезжали сносить– происходил какой-то ужасный случай. Никто в Форт–Дейви не решался браться за снос данного здания, поэтому теперь оно медленно сгнивало. С некой печалью смотрю на дом, его все оставили и даже ходить мимо считалось плохой приметой. Порой люди такие суеверные… верят во всякую чушь!
Сказала та, что обращается в русалку.
Подавляю нервный смешок и подхожу к калитке. Слегка надавливаю, намереваясь открыть замок, но это не требовалось – калитка была открыта.
Не без опаски захожу на территорию больницы, здесь хоть и старались наладить общественное пространство, высадить цветы – это не помогло. Территория выглядела пустой и безжизненной, а белое здание впереди нагоняло лишь тоску. Так и казалось, что вот-вот послышится душераздирающий крик пациента…
Я передернула плечами, что это со мной? Думаю о каких-то ужасах. Наверное, это из-за жуткого дома. Не стоило останавливаться у него. Это было глупо.
На контрольно–пропускном пункте никого не было. Да и кто в здравом уме припрется в это место в пять часов утра? Ответ прост – я.
Прохожу шлагбаум и останавливаюсь у парадного входа. На первом этаже горит свет, значит кто-то все же охраняет вход. Я немного медлю перед тем как открыть дверь. Ну и что я скажу? Как буду убеждать, что мне нужна информация?
Ладно, разберемся на месте. Если не получится сейчас, то приеду уже с официальным с визитом позже. Так я хотя бы буду знать, что пыталась сделать хоть что-то.
Медленно выдыхаю и толкаю тяжелую дверь. Несмотря на свою громоздкость, она бесшумно отворяется, пропуская меня внутрь.
Я раньше здесь не была, и слава Богу, но я не так представляла себе психбольницу. Первый этаж абсолютно ничем не отличался от какого-нибудь хорошего отеля. Высокие потолки, большое пространство, деревянная стойка ресепшена…
За стойкой сидела молодая девушка, она подняла на меня глаза и подождала пока я подойду.
– Здравствуйте, мы приветствуем вас в психиатрической больнице Форт–Дейви. – Четко и отрепетировано сказала она, делано улыбаясь. – Чем я могу вам помочь?
Я лихорадочно придумывала причину для своего визита. Кто мне Дейв? Что ей сказать? Он не последний человек в городе, так что притворяться кем-то из его семьи - глупость. А что если притвориться кем-то достаточно приближенным к семье?
– Видите ли, здесь лежит мой любимый, – говорю я, едва не скривившись. – Мне срочно нужно навестить его.
– Часы приема по будням с десяти до пяти, а по выходным с двенадцати до четырех. – Отчеканила она. – Могу я вам еще чем-то помочь?