Он непонимающе смотрит на меня. Я приподнимаю брови, но он не понимает намека.
– Ты в нее влюбился. – Он вздрагивает, как от пощечины. – Ты должен был заставить ее верить, что корабли – это ваша единственная цель и надежда спастись от трансформации. Но как только она пострадала, мысль, которую я так старательно закладывал, обращая тебя, начала растворяться. Ты начал думать об ее безопасности больше, чем это было необходимо. И когда она отказалась искать мои корабли, – мой тон все повышался практически, переходя на крик, – ты принял это и поддался чувствам!
– Я не понимаю тебя. Ты… можешь меня гипнотизировать? – он перевел взгляд с меня на Эмилиса, игнорируя мои обвинения. – Вы оба можете?
– Это не гипноз, – раздраженно говорю я, – я могу заложить в тебе мысль, когда обращаю тебя. Это работает единожды, только при переходе. Когда ты переходишь из утопленника в обращенного. А что до гипноза, то мы не умеем. Лишь Еми́ могут это делать.
Эмилис кашлянул за моей спиной, я замолчал, понимая, что поведал лишнего.
– Это ты «заложил» во мне любовь к ней? – его голос охрип, он вновь опустил глаза.
Вот теперь я увидел мелькнувший страх.
– О нет, с этим ты прекрасно справился сам, – не сдерживая презрения, отвечаю я. – Ты вообще слушаешь меня? Я бы этого делать не стал. Мне было нужно, чтобы она искала с тобой корабли, а не чтобы ты трясся над каждым ее волосом и отвлекал от вашей задачи.
Брат положил руку мне на плечо, поворачиваюсь к нему.
– Мне нужно идти. – По его взгляду было понятно, что что-то случилось, но говорить в присутствии чужака он не будет.
– Насколько плохо?
– Не критично, – он склоняет голову в поклоне, повторяю его движение, и он покидает гостиную.
– Так..? – поворачиваюсь к юноше напротив. – О чем мы?
– Ты обратил меня, чтобы я помог ей найти корабли. Зачем тебе это? – он скрестил руки на груди.
– Тебе это знать не обязательно. – Внимательно оглядываю его. – Но мне нужны эти корабли.
– И зачем вам именно она? Она обращенная, как и я. Возьмите меня. Я найду корабли.
– Найти-то, может быть и найдешь, но сделать то, что мне нужно, ты не сможешь.
– Но почему именно она?
– Убери первые три слова и получишь ответ.
Он нахмурился, думая. Ему потребовалось буквально мгновение, чтобы понять, о чем я.
– Потому что она – это она? – его брови взлетели вверх. – Потому что она женщина?
– Женская особь – Еми́, – поправляю его, – но в целом да, так и есть. У разных полов разные особенности, мне нужна она.
Он на какое-то время замолк, обдумывая новую информацию. Вдруг в его глазах загорелся огонек, но в тот же момент быстро погас. Он покачал головой и поморщился:
– А если, превратить кого-то другого? Другую… девушку?
Его передернуло. Такая идея ему не пришлась по вкусу, но судя по всему, он сделает что угодно, чтобы она была в безопасности. А сделает ли он что угодно, чтобы быть с ней?
Качаю головой:
– Все не так просто. Мы не можем обращать девушек. – Вижу в его глазах немой вопрос. – Я же сказал, у разных полов разные особенности. Мужские особи, то есть мы, можем обращать только мужской пол.
– Значит… – я буквально слышал, как судорожно работает его мозг, – ее обратила женская особь?
– Еми́, – снова поправляю я. – Очевидно, что да.
Мельком смотрю на часы. Время движется к утру, пора заканчивать.
– Но кто?
У меня есть догадка, но я решаю оставить ее при себе и усмехаюсь:
– Тебе пора уходить.
– Ты не сказал, что я могу сделать.
– Я много чего тебе сказал. А что на счет нее, то ты ничего не можешь сделать.
Он встал и сложил руки на груди, на его красивом лице появилась улыбка. Судя по всему, ему пришла в голову какая-то занимательная идея. Останавливаюсь, выражая желание его дослушать.
– Она очень нужна вам, – медленно протянул он. – То есть, практически незаменима. Что, если я расскажу ей все, о чем мы говорили и это уже она будет ставить вам свои условия?
Слегка разочаровано улыбаюсь, неужели он думает, что сможет обыграть меня? Я думал, он способен придумать что-то получше, чем шантаж.
– Ты думаешь, я стал бы тебе что-то рассказывать если бы знал, что это передвинет фигуры на доске? Она ничего не может сделать. Ты тоже.
Вижу, что венка на его шее вновь начинает пульсировать. Видимо это знак, что он входит в раж. Кажется, я знаю, что мне нужно сделать. Это должно быть занимательно.
– Не злись, – шагаю к нему. – Разве тебе не будет лучше? – вкрадчиво спрашиваю я. – Пока его не будет рядом… рядом можешь быть ты.
Вижу в его глазах недобрый огонек. Полагаю, он тоже об этом думал!