Глава 8
Целый день, я пыталась составить себе маршрут от этого чудесного места до колледжа. Честно признаюсь, может Никите и удобно отсюда добираться в центр, ведь у него автомобиль, а вот студентке, которая плохо знает город, не очень. Чтобы быть к половине девятого на первой паре, мне нужно уже в семь утра стоять на пороге дома. По моим подсчетам, идти на остановку примерно двадцать минут. Ну и глушь.
Мне сразу становится смешно. Глушь. Так подумала я, прожившая свои восемнадцать лет в городе с численностью населения около двадцати тысяч. Класс. Как меня начал менять большой город. Просто удивительно.
Подумала о доме и стало грустно, там у меня была жизнь, друзья, какая никакая, но семья, а здесь я совершенно одна. Одна с Никитой, который шарахается от меня как от прокаженной. Интересно, что я успела ему сделать? Или может, мама была права, когда говорила, что он странный? Не знаю, что конкретно она имела в виду, но мне сложно его понять, как я не пытаюсь. Хотя, слишком мало времени прошло, чтобы делать выводы. Он человек непростой, к нему подход нужен. Знать бы какой?
Ну, не завтракает он, и что с того? Не для всех этот ритуал по утрам, чему я удивляюсь? Но все равно так обидно. Бабушка всегда говорила, что фраза «путь к мужчине лежит через желудок» - святая истина, так почему бы не пустить ее в ход, когда мы живем в одном доме? Тем более, что я умею и довольно неплохо практикую. Только проблемка в том, что он не открывает, грубо говоря, мне свой желудок, и через закрытые ворота, к сердцу я не попаду.
Ладно. Вся эта анатомия нагоняет на меня тоску.
Как бы я не старалась, для Никиты Резника я навсегда останусь тем ребенком, несчастной толстой девочкой, которую в школе, как только не называли. Я была и жирной, и Фионой из Шрека, и … даже уже не вспомню, всего. Но, меня это не задевало, я была в броне, и эти все ужасные прозвища, лишь ударялись об мой щит и не несли никакой смысловой нагрузки. Что правда, людей я уже тогда начала ненавидеть, тут даже без вариантов.
В общем, не знаю, как так получилось, что я начала худеть, но мое тело за несколько лет изменилось кардинально и естественно, на выпускном вечере, все без умолку только и говорили, какая я красавица, да как похорошела. Вот кстати, это больше всего и выводило из себя.
«Похорошела». А что, я до этого была гадким утенком? Я часто смотрела на свои детские фотографии и уж точно не была страшненькой, но людям-то, виднее правда?
Но уже грех на что-то жаловаться. Внешность сыграла важную роль в моей жизни – меня заметили, и это самое лицо и фигура, привлекала, но и, отвлекала людей от главного. Правда, я склонна думать, что мой успех не от этого зависит, а именно от того, что я могу выигрывать и думать наперед. Жаль, что больше не придется так работать, мне правда нравилось. Естественно, не обманывать людей, хотя по факту, я никого не обманывала, просто хорошо слишком вникала в игру. Думаю, в этом городе намного больше обороты, но вся беда в том, что стоит мне только засветится, как Даня меня найдет.
От безделья, выхожу во двор, чтобы покататься на плетенных качельках, и перезвонить маме. От нее уже столько пропущенных, что буду иметь, что слушать.
Мама. Как быстро я за три дня отвыкла от нее. Надеюсь, она не начнет снова свою пластинку, чтобы я пошла учиться на кого-то нормального. Ее мой актерский факультет, просто выводит из себя. Мне буквально пришлось откупиться деньгами, чтобы она переключилась. Но хуже всего, когда мне раздает советы та, кого хватило на курсы парикмахеров. В нашей семье, только Аня была с приличным образованием, всем остальным так не повезло.
- Верка, ты чего трубку не берешь? Я тебе вообще-то утром звонила, - без приветствия начинает мама.
- Я была в колледже, - вру я, она не знает, что занятия у нас начнутся только со среды, поэтому проблем не возникнет.
- А, ну ладно, - кажется, мой ответ ее удовлетворил и напряжение чуть-чуть спало. – Как дела? Что нового? Как Никита?
Да уж, знала бы я, как Никита?
- Все хорошо. Никита, вроде нормально, я не знаю, мы редко видимся.
Пауза.
- Он тебя выгнал? – сразу предполагает мама. Я ее не вижу, но почему-то уверена, что она даже присела.
- С чего ты взяла? – едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. – Мы редко видимся, потому что он на работе, мама. Я не ребенок, и он не обязан нянчиться со мной.