Я послушно пошла за ним, мимоходом отметив для себя, что тоже была босиком, и, мало того - разглядывая собственные голые ноги - без юбки, только в какой-то короткой, свободно болтающейся на мне тунике. Зелёной, между прочим. Меня абсолюьно не смущала обнажённая совершенная мужская спина, маячившая впереди, потому что я пыталась сложить мозги в кучку - вспомнить хоть что-нибудь. Получалось не очень. Скорее даже, очень не... Оглянулась на море: разноцветных дельфинов не было. Уплыли или это всё-таки был глюк? Но солнце по-прежнему было зелёным. Только небо вокруг него стало темнее, как и отражающее его море. Прошелестел едва ощутимый порыв ветра и принёс такой же лёгкий запах свежей зелени. Ещё больше захотелось пить. И есть, оказывается, тоже.
- А где Брайт?
Идущий впереди человек резко остановился и так быстро повернулся, что я ткнулась лбом ему в грудь - гладкую, мускулистую и горячую. Шагнула назад, поборов испуг и справившись с неожиданно охватившим волнением, подняла голову и встретила изумлённый взгляд?
- Брайт?!
- Ну, да, Брайт. Он только что был здесь.
- Кто такой Брайт?
Я почувствовала себя абсолютной дурой. И во взгляде и в голосе мужчины сквозило явное непонимание и даже, кажется, жалость. Но я же только вот обнимала лохматого друга! Я не спятила!
- Собака. Алабай. Белый.
И в этот момент мой спутник мотнул головой, развернулся и снова направился, наверное, всё-таки к дому, находящимся за резным забором, буркнув на ходу:
- Не было здесь никакой собаки.
А я вдруг осознала, что зелёные солнечные диски отражались в зрачках глаз одного цвета с глазами Брайта. Похоже, мои глюки серьёзнее, чем я предполагала.
- Как твоё имя? - спросил он, не оборачиваясь.
Я нервно хихикнула:
- Я не помню...
Мужчина шёл так быстро, что я даже запыхалась, стараясь не отставать. Но он вновь остановился так же внезапно, как и в первый раз - и, разумеется, я снова впечаталась в него с разбега. “Блин, что ж такой резкий-то?” - отшатнулась, но он обхватил мои руки за запястья и дёрнул на себя:
- Ты лжёшь!?
Я поморщилась от боли и отрицательно помотала головой:
- Нет. Я ничего не помню. Я не знаю, как я здесь оказалась. Я не помню кто я… Я не знаю где я… - вскинула на него взгляд. - Это Беляус?
Парень отпустил мои руки, в глазах полыхнуло что-то неясное:
- Нет. Не Беляус.
Он снова двинулся к забору, в котором я уже увидела незаметную издали калитку. Запах зелени усилился и мне даже показалось, что я слышу шелест листьев. Распахнув калитку, мой провожатый впустил меня во двор. Сделав пару шагов, я зависла - это был дворик моей мечты! Увитые плетущимися растениями с крупными цветами перголы, начинаясь сразу от калитки, вели к маленькому мраморному фонтану, от которого разбегались лучами вымощенные мозаичной плиткой дорожки. В самом конце центральной виднелась стилизованная, расписанная яркими красками дверь, кажется, деревянная. Я коллекционировала изображения таких в Pinterest - целая папка была, так и называлась “Двери”. Самые любимые были кобальтово-синяя и изумрудно-зелёная. Ну, разумеется, под зелёным солнцем могла быть только такая - в изумрудный идеально вписан был флористический орнамент синего и малинового цветов. Белоснежный дом, в который вела эта волшебная дверь, терялся в лианах глицинии, а галерея, тянущаяся вдоль всего фасада, куда хватало взгляда, пряталась под нависающими ветвями бугенвиллеи. В одной из боковых аллеек виднелась беседка, в одном стиле с перголами, с развевающимися кисейными занавесями. Хихикнула про себя - не зелёными, небесно-синими. Мужчина, закрыв за нами калитку, направился именно к ней. Спускающиеся фиолетовые сумерки вдруг, как по волшебству, озарились матовым, как будто лунным светом - в кружеве листвы среди ветвей разглядела красивые фонари на кованых подвесах. Не переставая вертеть головой по сторонам, я всё же не отставала от своего спутника. Дойдя за ним до беседки и увидев на столе высокий графин, неприлично громко сглотнула - журчание фонтана ещё сильнее усиливало жажду. Хозяин кивнул на скамью, налил напиток в бокал из какого-то металла и протянул мне. Не присаживаясь, схватилась за тяжёлый сосуд: “Пить-пить-пиииить!” - янтарного цвета жидкость холодная, вкус с кислинкой - пила так жадно, что потекло по подбородку. Парень смотрел на меня с некой смесью иронии, удивления и задумчивости. Поставив бокал, плюхнулась на подушки, разбросанные на скамье, неприлично вытерла подбородок тыльной стороной ладони и спросила:
- Можно ещё?
Он налил бокал до краёв, придвинул ко мне и тоже уселся. Напротив меня. Пока пила, теперь уже с наслаждением, неспешно, продолжила осматриваться. На столе стояло овальное блюдо с фруктами - виноградом, инжиром, грушами и персиками. Кажется, бронзовая джезва и янтарные кофейные чашечки в бронзовых же подстаканниках - ага, кофе бы тоже не помешал!
- Есть хочешь? - он продолжал внимательно сканировать меня взглядом. Удивительно, но меня почему-то совсем не смущало это довольно бестактное разглядывание.
- Не знаю, - пожала плечами, - наверное, хочу. Ещё не поняла.
Мужчина встал и пошёл к дому, однако, сделав несколько шагов, обернулся и произнёс так, как будто меня это должно было сильно впечатлить:
- Я - Александр.
- Очень приятно. Я, к сожалению, представиться не могу …
Зелёные солнца в зрачках смотрящих на меня глаз сменились лунными полумесяцами. Слава Богу, естественного цвета. А может, за этим забором всё нормально? Или меня отпустило после утоления жажды? Из одной из боковых аллей важно выплыл павлин. Ярко-синий. Когда-то у меня костюм был атласный парадно-гуляльный такого цвета. Электрик называется. Н-да… по-ходу, не отпустило. Александр, стрельнув в меня очередным рентгеновским взглядом, снова направился к дому. Я теперь уже с толком, с расстановкой и, что уж скрывать, с удовольствием разглядывала загорелую спину с рельефами мышц, явно различимый даже под широкими льняными брюками подтянутый зад и длинные тренированные ноги уходящего. Вспомнила жар его тела, когда ткнулась в него чуть ли не лицом, и тут же ощутила, как собрались в маленькие тугие бутончики соски и сладко заныло внизу живота. Противный громкий крик павлина, внезапно нарушив тишину, вернул меня к действительности. “Птыц” (никак не иначе) распустил хвост - поворачиваясь, чтобы я смогла оценить его во всей красе, подрагивая ультрамариновыми перьями и ритмично покачиваясь, и исполнил для меня настоящий ритуальный танец. Я рассмеялась - таки грешные мысли о мужской заднице закончились практически тверкингом в исполнении самца.