Захватчики установили свои порядки, во главе города стоял орк по имени Урд, все жители должны были звать его хозяином. Он времени зря не терял и сделал всё возможное для комфортного проживания в этом городе орков. А коренные жители ничего не могли сделать, ведь красотой не свергнешь новую власть, и они полностью подчинились. Жизнь орков и их права были на первом месте — издавались законы, защищающие их. Например, любой, кто скажет хоть одно обидное слово в сторону зелёных чудовищ, приговаривался к десяти годам молчания. А если человек всё же начинал говорить раньше срока, то ему прилюдно отрубали язык на главной площади. Орк мог взять замуж любую олганку, её семья и сама девушка не могли ответить отказом — в этом случае все они должны были быть повешены. Будущие невесты орков либо вешались сами, либо выпивали смертельную настойку ядовитого плюща. Но были и те, кто всё же выходил замуж — и таких было немало. Традиционные свадьбы с малиновым тортом и выпусканием голубей на счастливую жизнь остались в прошлом. Невесту и её родственников на свадьбе с орками постоянно рвало, и, забившись в угол зала, они все оплакивали молодую девушку.
Несогласные с этими законами жители просто уходили жить на окраины города и старались не показываться оркам на глаза. Одной из таких семей были Войки — они ушли жить к подножию горы, где было чистое озеро и много растительности. Семья занималась тем, что собирала лекарственные травы, а потом продавала их на центральном базаре. Они имели вид коренных жителей города Олг: высокие и худощавые, с тонкими чертами белого лица и большими глазами. Семья Войк состояла из отца Аллу, матери Дины и дочери Айки. Надо сказать, что отец и мать по законам Олга считались преступниками — у них были отрублены языки.
Как-то раз, гуляя по городу, Аллу и Дина увидели, как орк тянул за волосы их соседскую девушку Поти. Глава семьи не побоялся и бросился на защиту. Толкнув орка в стену головой, он схватил бедняжку за руку, и со всех ног троица убежала с места драки. Поти сразу же собрала все свои вещи и ночью уехала в горы, но муж с женой не последовали её совету бежать. А на следующий день в дом к Войкам постучалась дворцовая полиция — забрав утром Аллу и Дину, она вернула их уже немыми.
После этого семья и уехала подальше. Их дочь Айка ненавидела орков, но вынуждена была с ними постоянно сталкиваться, так как именно она продавала травы, чтобы заработать хоть какую-то копейку. Девушка мечтала найти выход из этого города. Айка имела приятную внешность, ей было около восемнадцати лет. Высокая, с формами, девушка покоряла всех своими длинными каштановыми волосами, которые переливались медью на солнце. Мать боялась, что однажды орки возьмут её силой замуж, поэтому, когда Айка ходила в город, то она надевала плащ с капюшоном из плотной чёрной ткани. Вся семья хотела выбраться из города и рассказать всем, что происходит в их некогда славном Олге.
По ночам отец с дочерью поднимались высоко в горы искать выход, а мать оставалась дома. И когда Дина чувствовала опасность, то она доставала ружьё и стреляла три раза в воздух. Людям запрещалось бродить по ночам, а тем более подниматься высоко в горы. Такое правило ввёл глава города Урд. Он боялся, что люди смогут найти выход, и тогда он и все орки ответят за все свои деяния.
В очередную такую ночь Айка с отцом отправились прочёсывать новую местность в горах. Летняя ночь пробирала своим холодом, босые ноги девушки мерзли, как назло — поднялся сильный ветер. Казалось, что природа предупреждает о чём-то. Но настроение у Аллу было хорошее — дочь сегодня продала все собранные травы. Он предвкушал завтрашнее утро, когда сможет на эти деньги купить еды и досок, которых не хватало ему, чтобы закончить постройку пирса и порадовать свою жену.
— Что-то сегодня особенно холодно! — стуча зубами, сказала Айка.
Аллу одобряюще кивнул головой и посмотрел на неё. Айка несла фонарик, обмотав кофтой замерзающие руки. Они с отцом обычно прочёсывали новую местность в горах в течение двух часов, а иногда даже больше. Дочка стала капризничать, ей надоело наматывать круги — она и так простояла весь день на рынке. Отец это понимал, но его не останавливала усталость Айки. Будто у Аллу было предчувствие, его несло вперёд, всё выше и выше. Он сильно сжал руку дочери и сердито посмотрел на неё, как вдруг послышался шум.