Тогда что? Не это, не это… и не это, разумеется, а то, так и вовсе рассмешило. Тогда… да… может быть, может быть. Пожалуй. Да, именно. Доклад разведки. Корабль, перевозивший добытое в Новом Свете золото Островной империи, исчез. Это хорошо.
Империя обвинила Кастилию, совсем прекрасно. Они фактически начали в Новом Свете войну, грозящую в любой момент перекинуться в Старый Свет. Чудесно! Об этом год назад только мечталось.
Да, именно поэтому и не сразу резанул глаз конец доклада.
Флейт «Мирный» исчез, судьба агентов «Миледи» и «Кахрамана» неизвестны. Так. Неизвестна судьба агентов также, как и судьба членов экипажа. Всех. Каждый из которых может рассказать много разного и интересного. Тогда прахом пойдут все планы и достижения. Провокацию, из-за которой вот-вот насмерть схлестнутся Кастилия и Империя, Галлии не простят.
Поэтому никто из экипажа корабля, включая агентов, по выполнении задания не имел права остаться в живых. И что? Они погибли?
Рука выхватывает документ. Что там сказано? Были перекрыты подходы к северному побережью, дан приказ всем галлийским портам во всех морях. Поставлены задачи перед всей агентурой во всех портах иностранных. Ничего. Живите теперь с этим, ваше преосвященство и молитесь, чтобы флейт «Мирный» утонул, как нередко и случается. Господи, прости мне это святотатство.
Ну да, чувства не обманули. От мелочи, одной лишь незаметной петельки зависит судьба великого гобелена внешней политики Галлии. Только политики? Если бы. Будущего его страны.
Робкий стук в дверь. Секретарь.
— Ваше преосвященство, доклад разведки. Указано — срочно.
Что там еще? Этого сказано не было, хватило легкого движения пальца, чтобы запечатанный конверт лег на угол стола. Вскрыть? Ну уж это вы, господин премьер министр, сами. Секретарь скорее руку себе отрубит.
Легкий взмах ножа, треск бумаги. Что там?
«… флейт „Мирный“ обнаружен стоящим на якоре в устье реки Орб. Рядом с ним стоят на якорях корабли „Аполлон“ и „Внимательный“. Экипажей на всех кораблях нет. Установлено, что корабли прибыли две недели назад и разгружены неизвестными людьми. Судьба экипажей и груза устанавливается…».
Хм, устье реки Орб, это же рядом с Монпелье, логовом реформистов. Их игра?
Дю Шилле подошел к висящей на стене огромной карте Европы. Да, вот Орб, вот Монпелье, а… да что ж… да твою сестру, прости господи!
Две недели назад. Не надо быть премьер-министром, чтобы сложить два и два.
Получается, глава разведки маркиз де Шутт вовсе не тупоголовый болванчик, получается, что ему по силам играть и по собственной партитуре. Но, хвала Спасителю, в заданной тональности.
Если корабли в устье реки Орб, то… да, в интриге должен был участвовать… а привлечь его де Шутт мог только… интересно-интересно. А почему доклад разведки принесли только что, в час вовсе не урочный? Что, епископ? Не разучился угадывать? Как насчет проверить себя? Немедленно, вот прямо сейчас? Ну?
Дю Шилле быстрым шагом подошел к двери в приемную, открыл. Есть! Не потерял хватку!
Из коридора в приемную входил королевский интендант Пиккардии виконт де Камбре. Который еще и барон де Безье, чей родовой замок находится именно на берегу реки Орб, в десятке километров от побережья.
И, начисто проигнорировав удивленные взгляды присутствующих, премьер-министр пригласил:
— Рад вас видеть, виконт. Добро пожаловать, проходите.
Пропустив гостя вперед, не поленился, сам закрыл дверь. Довольный самим собой, все же решил сыграть еще одну партию.
Не предложил сесть, жестом оставил стоять перед собой.
— Слушаю. Докладывайте, с чем пришли.
Сухо, жестко. Тоном, от которого нередко начинали дрожать колени и у бывалых вельмож. А что этот?
Улыбнулся⁈ Ну-ну.
— Здравствуйте! Я прошу вас ознакомиться.
Что он еще протягивает?
На стол ложится какой-то дешевый медальон, а в руки — бумага. Приказ, если быть точным. Тот самый. «Обнаружить флейт „Мирный“ и уничтожить. Никто из находящихся на нем людей не должен выжить. Ни при каких условиях. Особый контроль — мадам де Ворг графиня де Бомон, виконт Буагельбер, лейтенант де Савьер, который может представляться как шевалье Атос, и девица Жюли Годар».
Все верно. Текст точный, но нет удостоверяющей магической печати, без которой это всего лишь бумага.
— Ну и зачем мне это?
— Это — копия. Подлинник у графа де Бомон. В конверте.
С виконтом легко разговаривать — он все понимает. Значит, лишние слова не нужны.
— Какие предложения?
— Экипаж «Мирного» получает все обещанное и спокойно живет дальше. Молчание моряков обеспечивается их честью, — Епископ поморщился, — и заклятьем, разработанным для тайны академии Клиссона. Я знаю его силу, поверьте, его невозможно преодолеть.