И птица словно почувствовала взгляд — качнула крыльями, описала круг над «Внимательным» и улетела по своим, наверняка очень важным, делам.
А разбираться, какой идиот привел караван к кишащему пиратами Мадагаскару, оставим крутым шишкам из руководства Зеландской Юго-Восточной компании.
Кабинет вице-президента Зеландской Юго-Восточной компании.
— Проходите и присаживайтесь, капитан. — Хозяин огромного кабинета сделал широкий жест, указав на стоявшие в углу, около небольшого уютного столика, три кресла. — Выбирайте, какое вам нравится больше.
Простые слова, простое приглашение, но тысячи моряков, работающих на ЮВК, могли лишь грезить о них в своих несбыточных снах. Даже с капитанами кораблей господин вице-президент беседовал, сидя за рабочим столом. Сухо, по-деловому, не изменяя привычке сверлить собеседника холодным и всегда равнодушным взглядом серых водянистых глаз.
Обычно после разговора с ним даже бывалые морские волки выходили в просторную приемную, нервно облизывая сухие от волнения губы. Причем независимо от темы разговора. Хозяин кабинета даже похвалить мог так, что человек все равно чувствовал себя виноватым.
Но платит компания исправно, убыточных рейсов не допускает, потому и желающих работать на нее всегда достаточно. Приходится терпеть.
Однако в этот раз, видимо, случилось нечто небывалое, раз встречают простого лейтенанта с улыбкой, пусть и несколько неуклюжей, и даже в приватный уголок приглашают.
К добру ли?
— Благодарю, господин вице-президент — ответил Линч, садясь спиной к стене, так чтобы видеть весь роскошный, залитый солнечным светом, кабинет. В феврале такая погода в Зеландии — редкость.
Напряженно, стараясь избегать встречаться взглядом с влиятельным собеседником.
Тот же уселся напротив неспеша, удобно откинувшись на мягкую спинку, и подвинул стоявшую на столе открытую бутылку вина так, чтобы она не мешала видеть собеседника.
— Расскажите мне, капитан Линч, как вам удалось справиться с пиратами? Я читал ваш отчет, но там лишь констатация факта. Плыли, встретили две пиратские шхуны, утопили их и поплыли дальше. А как вообще оказались у берегов Мадагаскара? Инструкция запрещает подходить к этому гнойнику ближе ста миль.
Вообще-то корабли не плавают, а ходят, но поправлять начальство? Спасибо, что-то не хочется.
— Наш корабль шел крайним в ордере, а курс каравана прокладывает штурман лидера, так что ответить на этот вопрос не могу. Мы же были лишены возможности уточнить свои координаты, поскольку небо было затянуто облаками. Наглухо затянуто. Возможно, по этой же причине ошиблись и на лидере.
— Ошиблись, значит… — Собеседник забарабанил пальцами по резному подлокотнику кресла. — Может быть, может быть… хотя в этой ситуации та же инструкция предписывает дополнительно уклоняться от опасного места, он должен был держаться к осту… Но все же расскажите о бое.
— Нам повезло с ветром. Мы шли на зюйд бакштаг, почти фордевинд, а пираты на ост галфвинд 26, они рвались к каравану. Так что у нас было преимущество в скорости. И в пушках. На «Внимательном» двадцать шесть двенадцатифунтовых орудий, у пиратов — по восемь шестифунтовых. Если бы у «Внимательного» был покрепче корпус, можно было бы просто расстреливать такого противника с дистанции пистолетного выстрела. Но и так вышло удачно.
— На что же они рассчитывали?
Сдержаться! Даже намеком не обозначать улыбку! Не простит.
Действительно, чтобы человек, занимающий такую должность, не знал о тактике пиратов… Отвечать спокойно, не торопясь.
— Они наверняка хотели, наплевав на встречный огонь, как можно быстрее сблизиться и решить дело абордажем. Обычно у них кратное преимущество в бойцах. Даже двенадцатифунтовым пушкам практически невозможно быстро потопить хотя бы одну шхуну, а уж две под общим командованием — тем более.
— Но вам удалось.
— Должен сказать, что маневр придумал капитан. Я лишь закончил его, когда капитан получил ранение.
И Линч подробно описал бой, стараясь как можно реже пользоваться морскими терминами. Было подозрение, что собеседник владеет ими не слишком уверенно.
Господин вице-президент слушал, закрыв глаза, лишь изредка кивал, обозначая, что слушает внимательно. Когда рассказ окончился, спросил о здоровье капитана, которого удалось живым довезти до Амстердама.
— Маг обещал, что все будет хорошо.
Собеседник взглянул в упор и неожиданно улыбнулся. Немножко криво, словно лицо забыло, как это следует делать.