Сунул руку под накинутый на истерзанную спину теплый плащ. Чего? Даже шрамов нет! Так его лечил маг⁈ Здесь, во взбунтовавшейся Дрогеде, на стороне бунтовщиков?
Наверное. Во всяком случае, подобное не под силу даже лучшим из обычных врачей, это точно, есть с чем сравнивать.
Вот он, целитель, почти мальчишка, длинный, тощий и белобрысый. Стоит в одежде простого горожанина, без положенного зеленого плаща, подтверждающего высокий статус. Стоит спиной, поднял руки, наверное, от восторга, любуясь возбужденной толпой. А та, кажется, бурлит, кипит, словно сама не понимает, что именно она только что совершила.
— С возвращением, Эймон, — прервал размышления Пэдди. — Смотри, смотри на этих людей. Благодаря им ты жив. Скажи им что-нибудь.
— Что?
— Не знаю, меня никогда не возвращали с того света. Но если их сейчас не организовать, боюсь, они горько пожалеют о сегодняшнем дне — гарнизон уже понял, что казнь пошла не по плану. Скоро там решат исправить положение.
— Сейчас ты здесь главный, командуй, черт возьми! — это уже сказал маг. — Им надо указать цель.
Что происходит? Плевать, все потом. Колдун прав, сейчас главное — дело, только так можно избежать бойни. Море не прощает медлительности, нерешительный моряк никогда не станет капитаном.
— Люди! — голосом, привыкшим в любую бурю доставать до самых верхушек мачт, прокричал Линч. Спасибо! Но осталось главное — надо разоружить гарнизон!
— Пусть убивают офицеров, постараются не трогать солдат, — подсказал маг.
— Без жалости уничтожайте офицеров, тех, кто будет сопротивляться, но постарайтесь не трогать солдат. Помните, они ваши братья, вам еще предстоит драться с ними плечом к плечу! Вперед! — Моряк красивым взмахом руки отправил толпу. К победе, возможно. Или на смерть, что более вероятно.
А сам сел на доски эшафота, равнодушно наблюдая, как пустеет площадь.
— Надо уходить, — обратился он к оставшимся с ним Пэдди и странному магу. — Гарнизон закрыт заклятьем. Сейчас толпа упрется в защиту, потом офицеры организуют солдат и здесь начнется бойня. Этих славных людей, спасших меня, я только что отправил на убой.
Странно. Только что он не мог не то что разговаривать, даже думать. Боль и страх, дикая боль и первобытный животный страх — и вот все, что оставалось в душе. А сейчас рассуждает о перспективах, анализирует. Прямо стратег и тактик.
Маг и брат спокойно уселись рядом.
— Так и было бы, братишка, если б сегодня все произошло само по себе. Или ты всерьез считаешь, что они без тебя жить не могли? Почитали, прямо как святого покровителя?
Глупость какая, даже отвечать не хочется. Достаточно просто пожать плечами.
— Верно. — Маг поплотнее застегнул толстую кожаную куртку. Или не маг? Ему, истинному, вроде как мерзнуть не положено. — Еще недавно ты был для них никем. Но островитяне сами виноваты в сегодняшнем. Забили народ, унизили, обобрали. Загнали в угол, где даже крыса становится опасной. Рвануть должно было в любом случае, просто твой брат успел подготовить горожан именно к сегодняшнему дню. Ходил по уважаемым людям, рассказывал, какой ты храбрый и справедливый. И умный, мол, может повести кельтов в лучшее будущее.
Все, приплыли. Амба. Его, с высокой мачты плевавшего на этот демонов остров, отправившегося в это проклятое путешествие только из глупой ностальгии, прочат в главари бунта. За который, между прочим, без разговоров повесят в любой стране — сильным мира сего не нужны бунтовщики. И неважно, где именно они затеяли свой мятеж. Тут у владык редкостное единение присутствует.
С другой стороны, какая разница? Если б не эта смута, он, изодранный и окровавленный, уже болтался бы прямо здесь, в петле, что до сих пор свисает прямо над головой. Вон она, покачивается на свежем мартовском норд-осте.
— Так что с защитой? — Линч задал главный вопрос.
— Какая разница? — усмехнулся маг. — Если бы она была, толпа уже ломилась бы назад. Значит, ее нет или она оказалась слабой. Так что пошли. Резню, что сейчас творится в гарнизоне, пора брать под контроль.
Ну-ну, не сработала она, сама по себе. Натягивай шерсть на глаза!* Но сделаем вид, что поверили.
— Не под контроль, а под начало! — с важным видом поправил Линч. И не чувствуя ни боли, ни усталости, неожиданно легко для своего веса соскочил на землю. Словно сбросив годы и вновь став ловким марсовым, восхищавшим своей сноровкой бывалых боцманов.
* To pull the wool over the eyes (англ.) — идиома. Обманывать, напускать туману, вешать лапшу на уши