— Ты слышал разговор?
— Каждое слово.
— И готов к приключению? — Она расхаживала по комнате, энергично потирая руки.
— Адель, понимаю твое возбуждение, но прошу присесть. Разговор предстоит долгий и неприятный.
Графиня замерла посреди комнаты, поджала губы и медленно повернула голову, пристально взглянув на собеседника. Затем не торопясь села в кресло, в котором недавно сидел Леннард.
— Что-то случилось?
— Есть что-то, что тебе следует узнать до того, как мы начнем действовать. — Де Савьер сел в кресло напротив.
— А до этого мы чем занимались?
— Готовились. Но пока еще с этого корабля можно соскочить. Во всяком случае тебе. Отправь «Мирный», а сама оставайся в Лондоне. В конце концов, ты не можешь отвечать за действия сбрендившего капитана. Которого, кстати, не ты назначала.
Графиня ненадолго закрыла лицо руками, потом положила их на подлокотники и совершенно спокойным тоном еще раз спросила.
— Что случилось?
— Перед отъездом из Галлии я встречался с де Камбре. Жан сказал, что принято решение — после того как мы сделаем свое дело, «Мирный» должен исчезнуть. Вместе с экипажем и владелицей. Тебе известно, сколь скрупулезно исполняются подобные решения.
Пауза. Во все еще закрытое окно не проникает уличный шум — скрип колес, ржание лошадей, визгливая ругань женщин, не поделивших какую-то мелочь. Обычная городская маета осталась там, снаружи. Здесь — тишина. Давящая, нестерпимая.
Гнусно.
Паскудно.
Значит, дочка останется жить с дедом и никогда больше не увидит мать. Даже не узнает, что с ней случилось. Корабль ушел в море, корабль не вернулся. Обычное дело.
Черта с два! Это не ее путь! Сдаться? Сложить лапки и тихо ждать, пока не придет какой-нибудь незваный гость? Или прохожий воткнет стилет в спину? Если решение принято, от него не убежать, не отсидеться в тени. Только переиграть! Перехитрить. Мастера интриги, не имеющего себе равных в этом гнусном деле?..
В одиночку — бесполезно. Но у нее есть Серж. И Жан. Не мог он ограничиться одним предупреждением, нет, никогда. Но его здесь нет. Значит, что?
— Жан что-нибудь придумал?
— Как обычно. Куча советов, больше похожих на приказы, и никаких объяснений, почему их следует выполнять. Одно успокаивает — его дурная привычка вечно оказываться правым. Не всегда в мелочах, но всегда в главном. И первый совет — сделать то, что мы и собирались, набрать рабов из числа кельтских повстанцев. Только набирать их следует не просто так.
Совершенно секретно
Лично
Начальнику разведки
Королевства Кастилия
герцогу Медина-Сидония
Ваша Светлость!
Получено срочное сообщение из лондонской резидентуры. Мадам де Ворг графиня де Бомон на принадлежащем ей флейте «Мирный» отбыла из Лондона в Дублин, где намерена взять груз рабов — кельтских повстанцев, захваченных в ходе подавления последнего бунта. В дальнейшем планирует отплытие на Ямайку для установления личных торговых контактов с местными плантаторами.
Докладываю во исполнение Вашего указания.
Начальник отдела по
Островной империи
Резолюция
Принято.
Секретарю — организовать мне срочную встречу с Морским министром.
Глава 24
Линч очнулся на закате, словно вынырнул из черного ничто в мир, наполненный красками весенней травы и яркого, причудливо раскрашенного лучами заходящего солнца, неба. Резко вздохнул, закашлялся, встряхнулся, почти как выбравшийся из воды пес, только потом огляделся.
Он на дне здоровенной лощины, наверху которой плотной линией стоят солдаты в красных камзолах. Вокруг — незнакомые мужчины. Безоружные, многие изранены, словно только что вырвались из крутой драки. Какого… только в этот момент возвратилась память. Внезапно, сразу вбросив в измученный мозг картины недавнего боя: слаженно наступающие батальоны островитян, далекая яростная схватка, Микки, поднимающий над головой руки, собственный побег, закончившийся ползанием на четвереньках в терновых зарослях. И свой выстрел, уничтоживший предателя.
Последним запомнилось лицо этого человека, уже понявшего, что пришла смерть. Потом вспышка и темнота. Та самая, из которой только что сбежал. Зачем? Чтобы еще раз взойти на эшафот? Подставить спину под плеть палача, а шею под петлю, которая будет казаться избавлением? М-да, съездил, называется, на родину, проведал родню.